— Они пытались исправить ошибку. Но ошибка была не в том, что они сделали. Ошибка — это мы, — Джеймс пристально посмотрел на Аарона.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Вайнер, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
— Представь, что бы произошло, если бы этот цикл был восстановлен, — прошептал Джеймс с мрачным удовлетворением. — Если бы всё вернулось на свои места. Представь, что пространство снова стало бы правильным... как должно быть.
— И как, по-твоему, это сделать? — растерянно спросил Аарон. — Мы же работаем над этим, собираем данные.
— Данные? — Джеймс насмешливо хмыкнул, кивнув в сторону тоннеля. — Эти? И что они нам дадут? Заставят старых идиотов ещё раз убедиться в неизбежном? Думаешь, они не понимают, что происходит? Просто не могут принять реальность. А ты? Серьёзно хочешь сказать, что рвался сюда ради приключений или понять, что случилось с Деймоном?
Аарон молча смотрел на него ошеломлённым взглядом, пытаясь понять, что он задумал.
— Я видел другую реальность... правильную. Но здесь, в этом мире, всё ещё есть шанс на исправление. Нужно просто следовать законам природы... Как бы ни искажалась реальность, вселенная всегда стремится к порядку, — Джеймс подошёл ближе, внимательно изучая лицо Аарона, будто ожидая от него какого-то осознания. — Ты меня понимаешь?
— Возможно, но очень смутно, — нахмурился Вайнер, пытаясь осмыслить услышанное.
Такой ответ, видимо, удовлетворил Джеймса, и его лицо озарилось странной радостью.
— Тогда ты меня простишь, — сказал Джеймс, улыбнувшись.
— За что? — спросил Аарон, осторожно пятясь назад.
Не успел Аарон даже закончить фразу, как Джеймс внезапно бросился вперёд. С молниеносной скоростью он ударил его в грудь, сбив с ног. Аарон рухнул на землю, боль пронзила его тело, и прежде чем он смог сориентироваться, Джеймс нанёс второй удар — прямо в лицо. Глухая боль ударила по сознанию, зрение помутнело, и Аарон почувствовал, как кровь начала сочиться из разбитой губы.
Он попытался сжать кулаки, но руки дрожали, как будто отказывались подчиняться. Джеймс уже наклонился над ним, схватив за воротник куртки, и с силой потащил его по земле к шахте. Аарон судорожно пытался упереться ногами, но удары Джеймса продолжали сыпаться, не давая ему возможности прийти в себя. Каждый удар выбивал остатки воздуха из его лёгких, и тело казалось тяжелым и безвольным, как у тряпичной куклы.
Джеймс дотащил его до шахты и подготовил старую телегу. Скрип старых колёс пронзил мозг Аарона, как будто отрезвив его, и дав понять, что Джеймс задумал. Всплеск адреналина, заставил его собраться и, несмотря на затуманенное сознание, ползти в сторону выхода из тоннеля. Но попытка была слишком слабой, Джемс снова подошел, схватил и уволок его в сторону телеги. Вайнер, едва удерживаясь в сознании, почувствовал, как Джеймс с трудом поднимает его и бросает в телегу. Металлический край больно ударил его в бок, и от резкой боли перед глазами потемнело. Собрав остатки сил, Аарон попытался подтянуться на руках, но каждое движение давалось с невероятным трудом. Джеймс снова подошёл к нему, ухватил за плечи и попытался окончательно уложить его в телегу.
Аарон отчаянно сопротивлялся. Его руки, хоть и ослабевшие, всё же нашли в себе силы, чтобы оттолкнуть Джеймса, но тот был быстрее и сильнее. Борьба становилась всё более яростной и беспорядочной. Вайнер размахивал руками, пытаясь оттолкнуть нападающего, его пальцы хватались за одежду Джеймса. Но Джеймс безжалостно бил его по лицу и животу, вновь и вновь сбивая его попытки встать. Каждый удар ощущался как молот, ломавший волю и силы Аарона.
Внезапно раздался резкий гул, и пространство вокруг них завибрировало. Усилившаяся гравитация сдавила тело Вайнера, сделав каждое движение мучительно медленным. Его руки, которые едва могли подняться, теперь казались скованными невидимыми цепями. Даже дыхание стало тяжёлым, как будто воздух вокруг сгущался, мешая ему вдохнуть.
— Вот оно, — радостно воскликнул Джеймс, голос которого теперь казался отдалённым. — Началось.
Но и сам Джеймс почувствовал воздействие аномалии. Его движения стали замедленными и тяжёлыми, как в густом сиропе. Их борьба, и без того изнурительная, теперь превратилась в замедленное сражение, где каждая секунда тянулась вечностью.
— Дурак! — прохрипел Аарон, собрав последние силы для отчаянного крика. — Это аномалия… Войд…