—Получается около одной целой сорока трёх сотых секунды.
— Верно, — отец кивнул, — теперь давай посмотрим на второй момент: когда мяч ударится о землю, какая будет его скорость?
Аарон снова взялся за калькулятор:
— Это будет примерно четырнадцать метров в секунду.
— Отлично, — Деймон улыбнулся, но в следующий миг его лицо приобрело серьезный вид.
— А теперь давай представим, что после удара о землю мяч подскакивает... но не вверх, а исчезает и появляется в противоположном углу комнаты.
Аарон замер, словно пытался понять, шутит ли отец.
— Это невозможно, — неуверенно прошептал он. — Если мяч движется под действием гравитации Земли, он не может просто так исчезнуть и появиться в другом месте.
— Именно так, — Деймон наклонился ближе, его голос стал тише и еще серьезнее. — Гравитация здесь действует стабильно и предсказуемо. Подумай о том, что мы знаем о ней. Она определяется массой планеты и её радиусом. На Земле ускорение свободного падения — около десяти метров в секунду в квадрате, но в другом месте, например, на Луне или Марсе, оно будет совсем иным. На Луне она меньше в пять раз, а на Марсе — почти в два. А теперь представь место, где гравитация вообще нестабильна, изменяется хаотично, словно кто-то выключает и включает её на своё усмотрение.
Аарон глубоко задумался, ему показалось, что странные образы всплыли в его памяти. Тревожное чувство охватило его, как ледяной ветер, пробравшийся под кожу.
— Пап, я ничего не понимаю, — взвыл Аарон. — Я понятия не имею, как это решать. Можно я пойду гулять?
— Аарон, — лицо Деймона погрустнело. — Ты не сможешь пойти гулять, пока не решишь задачу. Ты вообще никуда не сможешь уйти.
Аарону показалось, что что-то холодное коснулось его спины. Звуки детских криков за окном внезапно стихли, оставляя лишь глухую тишину. Он посмотрел в окно, но за ним была лишь черная пустота. Снова взглянув на отца, он ощутил нарастающий страх.
Лицо Деймона смягчилось, словно он жалел сына.
— Подумай, сынок, — ласково произнес он.
— Это значит, что мы находимся не на Земле, — проговорил он тихо.
Деймон молча кивнул, его глаза словно смотрели куда-то сквозь стены комнаты, за пределы этого мира.
— Да. Мы оказались в пространстве, где всё, что мы знаем, больше не применимо. Это уже не Земля. Это нечто, более опасное и неизвестное. Единственный способ выбраться отсюда — понять, где реальность начинает ломаться, где законы природы сходят с ума.
Аарон пытался уместить в голове услышанное, но давалось это с трудом.
— Представь, что пространство, в котором мы живём, — это всего лишь оболочка, — продолжил отец. — Эта оболочка окружает нас, как тонкий слой на поверхности чего-то гораздо более могущественного и неизведанного. Но что если эта оболочка начнёт трескаться?
— Она разрушится? — спросил Аарон, чувствуя, как холодок пробежал по его спине.
— Верно, но не сразу, — кивнул Деймон. — Сначала она будет скручиваться, словно лист бумаги, под неведомой силой. Миры начнут наслаиваться друг на друга, и границы между ними исчезнут. Ты увидишь, как один мир накладывается на другой, и всё вокруг станет неузнаваемым. Ты понимаешь, что это значит?
Аарон замер, его разум пытался осмыслить эти слова, но страх и сомнения затуманивали его мысли. Он только покачал головой.
— В такой момент, — продолжал отец, — ты можешь оказаться сразу в нескольких мирах одновременно. Каждый из них будет тянуть тебя к себе, как паутина затягивает свою жертву. Но если ты сможешь увидеть их все одновременно, если поймёшь, что они — лишь отражения одного и того же, ты найдёшь выход. Ищи место, где реальность ломается, где границы начинают стираться. Там ты найдёшь путь обратно.
Аарон внимательно слушал, но слова отца звучали, как заклинание, не поддающееся логике.
Деймон вновь склонился над листом бумаги, рисуя символы, которые Аарону показались совершенно бессмысленными.
Аарон почувствовал, как что-то сильное, необъяснимое тянет его внутрь этой сужающейся комнаты, стены начали сдвигать пространство вокруг в одну точку. Он посмотрел на Деймона, глаза защипало и он почувствовал, что предательская слеза рвется наружу. Он смотрел на отца, словно попытался поймать и сохранить в памяти его ускользающий образ, пока не наступила темнота.
***
Аарон медленно приходил в себя после падения в тоннель. Его голова кружилась, и дезориентация захватила его полностью. Пространство вокруг него изменилось, утратило привычные очертания и стало чуждым, непонятным.