После девятого класса родители попали в аварию на трассе, и я осталась с дедушкой. Совсем погрузилась в учебу и занятия с Марфой Витальевной вокалом, чтобы отстраниться от боли и одиночества, не замечая ничего вокруг. Дедушка ушел в одну ночь, просто не проснулся на утро и всё. А я осталась одна в большом деревенском доме в семнадцать лет. Наш участковый помог с документами на дом и оформлением пенсии по потери кормильца. Заботились обо мне всем селом – всё же дружные у нас люди, а я совершенно вокруг ничего не замечала, оставшись круглой сиротой. Это ощущение одиночества начало проходить только сейчас, когда я слышу, как толкается ручкой или ножкой моё маленькое чудо. Скоро я увижу его и больше никогда не буду одинока!
Перед самым выпускным случилось еще одно происшествие, направившее мою судьбу совсем в другое русло. Дом, в котором я жила подожгли. И причиной была банальная зависть, как оказалось, моей лучшей подруги. Ведь я вся такая самостоятельная, с большим домом, красивая шатенка, хоть и не высокая, но очень миловидная, большим перспективным будущим, с таким прекрасным голосом, о котором знали не только в моём селе, но и во всех окрестных, да ещё и все парни в школе на меня заглядывались. Дом успели потушить всем селом и тот не сильно пострадал, зато я наглоталась дыма, пока спала, да пока пыталась выбраться из него… Мои связки были повреждены безвозвратно. И потеряла в ту ночь я не только полностью свой голос, но и своё будущее.
Ездила в городскую клинику на обследование и мне посоветовали ехать на операцию к специалистам за границу. Сами понимаете, что для деревенской сироты такое за гранью фантастики, так что теперь я могу иногда очень тихо что-то прошептать и это весь мой рекорд по произношению. На память же мне остались видеозаписи, что делала на телефон учительница, которые передала мне прощаясь со слезами, когда я уезжала из села. Не смогла больше там находиться. Поджигательницу нашли и даже осудили условно, но больше подруг я не заводила.
И пусть мои мечты о Санкт-Петербурге не сбылись, я решила двигаться дальше. Закончив курсы в городе, начала работать и сейчас имею хороший достаток, даже с учетом того, что учусь и жильё приходится снимать.
Ах, да, вы же ещё про личную жизнь ничего не знаете – тут у меня всё очень просто. Её нет. Пару лет встречалась с парнем, пыталась наладить отношения, но узнав, что я беременна - исчез из моей жизни мгновенно, хлопнув дверью и даже не узнав, что отцом является не он. Догонять и что-то объяснять было не в моих силах – такой смех разобрал, что сползла по стеночке держась за живот. И вот с этим человеком я строила отношения? Истерика была, но небольшая совсем и с уходом парня мне стало как-то легче. Даже радость появилась, что не нужно ничего объяснять.
Говорить нормально я не могу, поэтому учу понемногу язык жестов, но на работе и с обычными людьми вынужденно общаюсь через планшет, на котором печатаю крупным шрифтом сообщения. Работе это не мешает, а начальница ценит за «неболтливость».
Вот так и живу.
Пирожное оказалось изумительным с тонким ароматом малины и фисташек, украшенное фигурным белым шоколадом. Из служебного входа вынырнула маленькая кудрявая блондинистая головка в белом поварском одеянии и помахала мне ручкой. Это была Елена, что работала здесь кондитером, чьим шедевром я сейчас наслаждалась. Ей не повезло в жизни куда больше – она от рождения была глухонемая, но благодаря своему мастерству и чувству вкуса смогла подняться до высокого уровня. Даже ездила за границу на какие-то международные соревнования. Показала жестами, что «очень вкусно», а она пожелала «приятного аппетита».
Рядом проходили на обед коллеги, а кто-то даже подсел за мой столик, на что даже внимания не обратила, поглощённая кулинарным шедевром Леночки.
- Сколько недель? – прозвучал рядом низкий бархатный голос директора нашей компании.
Я подавилась пирожным, закашлявшись от неожиданности, а тот сразу начал оказывать первую помощь. Вокруг забегали официанты, кто-то нёс по первому требованию воду, кто-то спрашивал вызывать ли скорую, кто-то позвал Елену мне помочь, зная, что мы общаемся. Проморгавшись от слёз, попросила жестами успокоиться всех, и сама глубоко дыша уселась обратно на стул. Официанты принесли ещё воды, поставив передо мной, а я наконец-то перевела взгляд на того, кто стал причиной всего этого безобразия.
- Простите, Софья Андреевна, - извинился мужчина моей мечты и взяв салфетку вытер слезы со щек. В этом жесте не было ничего романтично, потому как, скорее всего, это были черные разводы от туши, - Так сколько недель?