Тогда же послышался громкий всплеск с другого борта, и я ощутила, как лодка резко накреняется вправо. Все произошло настолько внезапно, что мне не удалось издать и звука. Прежде, чем оказаться в темной воде под перевернутым деревянным днищем, я увидела шальную, почти безумную, улыбку Макса, с которой он давил всем своим весом на край лодки, наполняя ее водой, потопляя ее в озере. Линда также молчком, быстро и ловко, словно большая рыбешка, скользнула в воду, умудрившись избежать моей участи. Я осталась одна в темноте, пытаясь прийти в себя и разлепить залитые водой глаза. Надо было выбираться. Наполнив легкие воздухом, ухватившись обеими руками за края лодки, я занырнула вниз - под воду и вынырнула с другой стороны судна. Вода, стремительно стекавшая с волос мне на лицо, была повсюду: застряла тошнотворным комком в горле, лишила отчетливости слуха, стояла омерзительным запахом болотной тины в носу. Стряхнув капли с ресниц, я огляделась. Вокруг не было ни Макса, ни Линды - только деревянная лодка торчала своим обшарпанным дном из толщи воды. С берега как ни в чем не бывало продолжали доноситься эмоциональные вопли отдыхающих. Присмотревшись, я заметила, как по направлению к суше движется перебирающая руками в кроле фигура. Это был Макс. Это точно был он. Одно только беспокойство за Линду не позволило мне в очередной раз разозлиться на этого мерзкого мальчишку. О чем он вообще думает, когда вытворяет такое? А если бы я действительно не умела плавать? И куда запропастилась Линда?
Решив, что последний вопрос надо решать немедленно, я оценила окружавшую меня со всех сторон зеленую пучину. Погружаться в этот мутный, настолько тихий, что даже пугающий, вязкий слой воды не прельщало, но ситуация не оставляла выбора. Задержав дыхание, я ушла с головой под воду, сделала несколько размашистых движений руками, заплывая туда, где лучи солнца становились все слабее, практически исчезали во тьме. Я открыла глаза в поисках Линды. Кругом царила статичная полутьма, лишь иногда разрезаемая ненарочным движением природы или моим движением. Я несколько раз обернулась вокруг своей оси в поисках девушки: ни души. Вдруг пространство пронзил толстый луч света, идущий сверху. Попеременно освещая то одно место, то другое, он хоть и двигался хаотично, но все же позволил мне оценить обстановку более объективно. В какое-то мгновение я заметила, как луч зацепился за что-то светлое. Широкое одеяние, зависшее под поверхностью озера. Оно не двигалось. Объемное, словно окутывающее некое тело, оно пребывало в нескольких метрах от меня. Я почувствовала, с какой бешеной силой забилось мое сердце. Это была не просто тряпка. Здесь кто-то был: неподвижный, тихий, возможно, неживой. Но кто-то был. Предчувствуя наступление паники и нехватку воздуха, я изо всех сил устремилась ввысь, к свету, по пути перебирая все слова в молитвах, которым учила меня в детстве мать.
На поверхности воды меня ждала спасительная лодка. Отплывавшие около получаса назад от берега ребята, по-видимому, рассчитывавшие на романтическую прогулку, с обеспокоенными, напуганными лицами затащили меня внутрь, попеременно что-то панически восклицая. Линда, умело балансируя, возвышалась на носу лодки, изучала потерявшее всякое спокойствие, волнующееся, озеро с помощью фонаря. Ее лицо выглядело суровым и сосредоточенным, от типичной для нее несерьезности не осталось и следа. Она лишь искоса взглянула на меня, запыхавшуюся, ошеломленную увиденным, и продолжила свое занятие с прежней скрупулезностью. Вся ее одежда, как и моя, была мокрой, и по волосам струилась вода, но девушка явно не спешила в лагерь - переодеваться, согреваться, приводить себя в порядок.
- Кажется, все в норме, погнали, - скомандовала Линда и, выключив фонарь, присела на нос.
Парень в тельняшке послушно взялся за весла и принялся грести в сторону берега. Я, дрожа от холода и стресса, жадно ловила воздух губами, облокотившись спиной на оголенные колени сидевшей позади меня девушки. Тепло, исходившее от ее тела, потихоньку согревало, и вскоре мое дыхание почти выровнялось. Я уставилась прямо - на Линду, и наши взгляды наконец-то встретились. Она смотрела на меня задумчиво, даже холодно.
- А ты говорила, что между вами ничего, - в итоге протянула она язвительным тоном. Я сразу смекнула, о чем она говорит.
- Ты в своем уме? - Я вспылила, и меня нисколько не заботило присутствие посторонних, - это по-твоему показатель каких-то отношений? Это ублюдочный поступок, который может только оттолкнуть. Так нормальные люди не делают. Тем более, когда испытывают симпатию.