- Не знаю. Может быть.
Она села рядом с ним.
- Тебе следует заняться некромантией. Тогда у тебя всегда будет под рукой пара мертвецов, чтобы попрактиковаться.
Чазар поцеловал тело леди Иместры. Как и у многих чессентцев, у нее было тугое спортивное телосложение, а ее молочная кожа была гладкой, как шелк. Она была женой одного из главных лордов города, и это делало ее еще более желанной. Так было всегда, и, очевидно, век изгнания не изменил его пристрастий.
Сначала от восторга она корчилась и выгибала спину. Он не заметил, когда это изменилось. В конце концов, он понял, что она начала кричать и сопротивляться, запутывая пальцы в его волосах и напрягаясь в тщетной попытке оторвать от себя его голову.
Когда он поднял взгляд, то увидел покрасневшую, покрытую волдырями кожу. Огненное дыхание дракона, должно быть, раскалило его язык и губы.
Когда он спаривался форме дракона с другим драконом, то намеренно ласкал своего партнера маленькими языками пламени. Он задавался вопросом - не совершил ли он досадную ошибку из-за захватившей его сознание страсти.
Но эта вероятность беспокоила его лишь мгновение, а затем он понял правду. Он был Богом, и его божественная природа защищала его. Иместра не могла вынести его прикосновения, потому что была неверной.
- Предатель, - сказал он. - Предательская сука. - Он вскочил, схватил ее за руку и стащил с широкой кровати с балдахином на блестящий мраморный пол.
- Ваше Величество! – Взмолилась она.
- Я знаю, как бороться с предателями. - Он потащил ее по полу к стулу, на который бросил свою одежду и кинжал, спрятанный в её складках.
Затем кто-то постучал в дверь комнаты.
- Ваше Величество! - позвал стражник, стоящий снаружи. - Все в порядке?
- В каком-то смысле! - прорычал Чазар. - Моя охрана явно слишком глупа, раз не может держать изменников подальше от меня. Но, к счастью, божество может защитить себя!
Стражник заколебался, а затем сказал:
- Здесь много людей ждут встречи с вами, Ваше Величество. Хотя уже поздно, и мы сказали им, что вы приказали не беспокоить. Тут леди Халонья, лорды Даэльрик и Никос, капитан наемников...
- Вы имеете в виду Фезима?
- Да.
Даже с проницательностью божества, Чазар не мог вообразить, что произошло, раз все они пришли к нему в одно и то же время, но было очевидным, что ему нужно это выяснить. Он хотел было позвать охрану, но заколебался.
Вина Иместры доказана, это безусловно, но поймут ли это простые смертные? Более традиционные доказательства могли бы упростить ему жизнь.
Он оставил ее распластанной и рыдающей, взял кинжал, вытащил его из ножен и швырнул, чтобы он лязгнул рядом с ней, после чего велел часовому войти.
- Арестуйте ее, - сказал Чазар. - Остерегайтесь ножа, который она пронесла.
- Да, Ваше Величество. - Сказал стражник.
- Арестуйте и ее сутенер мужа. Куда вы отправили всех этих гостей, чьи проблемы не могут подождать до утра.
- В Зелёный Зал, Ваша Светлость.
- Понятно.
Чазар на мгновение подумал, что ему следует подобающе одеться, но потом решил, что час поздний, а собрание не запланированное, так что и так сойдет. Он натянул малиновую рубашку и направился к двери. Позади него рыдала Иместра.
Когда он выходил из королевских покоев, вокруг него сформировался эскорт, и все они вместе вошли в Зеленый Зал. Стены украшали гобелены, изображающие морские победы Чессенты. Море на тканых картинах было того цвета, которого можно было ожидать исходя из названия помещения. То же самое было с плиткой на полу и обивкой кресла на помосте, украшенного резьбой.
Когда Чазар сел, он оглядел хмурых людей, ожидающих его аудиенции. Они стояли в трех кучках.
Справа от него стояла Халонья – бедной девочке пора перестать игнорировать своих парикмахеров, ювелиров и костюмеров. Рядом с ней стояла пара ее священников и пухлый Лютен с лысеющей головой и бородкой.
Посередине, как будто разделяя две другие группы, сидели кислая, мужеподобная Шала Каранок и один из ее секретарей.
А слева стояли Джесри, Никос, Даэльрик, Аот и жрица солнца, которую наёмник привел с собой на торжественное возвращение Чазара - Цера. Все её тело было покрыто синяками и ссадинами, а солнечно-желтое одеяние было порвано и испачкано.
Эта картина казалась немного зловещей, но что больше всего беспокоило Чазара, так это то, что он видел двух единственных смертных, которым он полностью доверял, стоящих друг напротив друга. Халонья была пророком, который наиболее ясно осознавал божественность Чазара, в то время как Джесри был его удачей, посланцем судьбы, который помог ему сбежать от нескончаемых пыток Шадоуфэлла. Даже намек на то, что у них могут быть разногласия, был… тревожным.