Но именно из-за того, что он был командиром, он обязан был сделать это.
Он мог придумать веские причины для бездействия. Герой Войны поставил во главе армии АотаФезима, а не ГаэдиннаУлреаса. Возможно, лучник не имел полномочий приказывать Хасосу делать что-либо.
И если попытка прорвать осаду потерпит неудачу, а это, безусловно, случится без его поддержки, Братство Грифона будет обескровлено. Впоследствии Чазар лишит Аота его власти, потому что боевой маг переложил свои обязанности на другого в решающий момент. Кроме того, никто не позволил бы капитану только побежденной, разбитой роты вести оборону целого королевства ни при каких обстоятельствах.
Что принесёт пользу Сулабаксу, ибо как вообще может показаться разумным доверить защиту города поклоняющемуся дьяволам тэйскому колдуну? Во имя Жёлтого Солнца, когда исчезнут эти всадники на грифонах, еды будет намного больше – эти проклятые грифоны съедают все запасы мяса.
Но, к сожалению, это были не просто несчастные наемники-чужестранцы, обменивающиеся ударами копий и мечей с кобольдами и орками. Аот собрал лучшие чессентские войска из других мест вдоль границы, и они тоже умрут без поддержки Хасоса.
Как он мог называть себя настоящим дворянином Чессенты, если позволит этому случиться? Как он мог когда-либо снова без чувства стыда сидеть в кресле правителя Сулабакса, месте, которое он унаследовал от своего отца и считал полученным им по праву.
Он нахмурился.
- Пойдем к воротам.
Они прибыл как раз вовремя. Лица скривились от гнева, многие наемники стояли лицом к лицу с людьми Хасоса, которые заняли позицию, чтобы защитить лебедку, поднимающую ворота.
- Все в порядке! - крикнул Хасос. - Мы выдвигаемся! Приберегите свой гнев для врага!
Конюх привел коня лорда, и тот вскочил в седло. Пехотинцы и всадники возились, возвращаясь на позиции, которые они покинули, когда вспыхнула ссора.
Хасос кивнул паре людей, которым было поручено повернуть лебедку. Они сделали свое дело, и решетка взлетела вверх на цепях. Другие мужчины поспешили сдвинуть огромную перекладину, а затем распахнули ворота.
С колотящимся сердцем и пересохшим ртом, Хасос, размахивая мечом своих предков, пришпорил своего коня и поскакал вперед, чтобы атаковать осаждающую армию с фланга, в то время как войска Гаэдинна изматывало ее с другого. Его люди неслись позади него и выли подобно какому-то тропическому зверю.
Аот посмотрел на Церу. Некоторые синяки исчезли.
- Ты можешь бежать? – Спросил он.
Она покачала головой.
- Еще нет.
- Продолжай работать над этим.
Когда она начала новую молитву, он встал и бросился в коридор.
Дрейк выглядел как бескрылый красный дракон, передвигающийся на четвереньках. Он почти полностью заполонил коридор, из-за чего жрец за его спиной был едва виден.
Чуть замедлившись, дракон извергнул слизь. Аот увернулся. Слюна забрызгала пол и зашипела, издавая ужасный запах.
К сожалению, уклонение лишило Аота времени, необходимого для произнесения заклинания. В его мече не было никакой достаточно мощной магии дальнего боя, которая могла бы поразить дрейка. Сожалея об отсутствии копья, наёмник приготовился отразить атаку рептилии.
Плюющийся монстр прыгнул вперед, пытаясь раздавить своего врага. Каким-то образом, хотя для этого почти не было места, наёмник отступил в сторону и, выпустив еще немного силы из своего меча, нанёс удар.
Он промазал по шее дрейка, но пронзил его плечо. Клинок вошел глубоко, а затем, когда зверь рванулся вперед, вырвался назад на свободу в сопровождении фонтана крови. Пульс желтого света Церы, озолотил малиновую чешую дрейка, вставшего на задние лапы и начавшего кружиться в тесном коридоре. Встав на три конечности и прижав увеченную к груди, монстр сделал выпад.
Аот высвободил последние запасы магии, хранящейся в мече, а затем услышал, как за его спиной запел Хранитель Змей. Поток воющего холодного ветра ударил ему в спину, отбросив наёмника вперед. Потеряв равновесие и промерзнув до костей, он все еще пытался ударить наступающего дрейка, но тот извернулся, челюстями схватив руку с мечом и ударив наёмника головой в грудь.
Только кольчуга из чистого серебра, которую Аот надел под верхнюю одежду, спасла его от потери конечности. Как бы то ни было, дрейк повалил его на пол. Давление челюстей было столь же тяжелым, сколь и мучительным. Кольчуга не сможет сдерживать острые клыки долго.