Он покинул Сулабакс вместе с Гаэдинном, на спине его грифона, а поскольку лучник сейчас был занят в другом месте, магу пришлось найти в себе силы, чтобы самому вернуться в город. Он прошел через ворота, а затем плюхнулся на землю, прислонившись спиной к стене. Перед ним проходил непрерывный поток солдат - их странная смесь удовлетворения и усталости соответствовала его собственной. Этот поток не прерывался, даже несмотря на то, что Оракс пару раз засыпал на пару мгновений.
- Наемники, которые присматривали за мной, сказали, что я должна остаться и грабить тела вместе с ними. - Сказал голос сопрано.
Пораженный Оракс резко повернул голову. Перед ним стояла Мералейн.
- Но я слишком устала. - Продолжила она.
Он ухмыльнулся.
- Да и кроме того, грабить друзей - неправильно.
Она на мгновение посмотрела на него, а затем сказала:
- Ни один зомби никогда не бросал в меня камней за зеленую отметку на руке. Есть друзья и похуже мертвецов.
- Я думаю, что если ты найдёшь себе живых, то это тоже будет неплохо.
Она вздохнула.
- Я думала, что совместная борьба с иммолитом поможет нам стать друзьями. А может и нет. Это потому, что ты думаешь, будто я хочу стать лидером магов?
Он нахмурился.
- А это не так? Ты чуть ли не целовала ботинки Гаэдинну.
- Ничего подобного! – заколебалась она. - Но это выглядело так, то, вероятно, это было только потому, что он и другие наёмники ведут себя так, будто они не ненавидят магов. Зачем мне рваться к командованию всего тремя людьми? Особенно зная, насколько эти трое противные. Да еще и учитывая то, что эта колдунья Джесри заберет себе эти обязанности сразу же, как только вернется из столицы.
Удивившись, Оракс засмеялся.
- Когда ты озвучила, то это действительно кажется глупым. Я просто …
- Никогда прежде ни за что не отвечал?
- Не знаю. Может быть.
Она села рядом с ним.
- Тебе следует заняться некромантией. Тогда у тебя всегда будет под рукой пара мертвецов, чтобы попрактиковаться.
Чазар поцеловал тело леди Иместры. Как и у многих чессентцев, у нее было тугое спортивное телосложение, а ее молочная кожа была гладкой, как шелк. Она была женой одного из главных лордов города, и это делало ее еще более желанной. Так было всегда, и, очевидно, век изгнания не изменил его пристрастий.
Сначала от восторга она корчилась и выгибала спину. Он не заметил, когда это изменилось. В конце концов, он понял, что она начала кричать и сопротивляться, запутывая пальцы в его волосах и напрягаясь в тщетной попытке оторвать от себя его голову.
Когда он поднял взгляд, то увидел покрасневшую, покрытую волдырями кожу. Огненное дыхание дракона, должно быть, раскалило его язык и губы.
Когда он спаривался форме дракона с другим драконом, то намеренно ласкал своего партнера маленькими языками пламени. Он задавался вопросом - не совершил ли он досадную ошибку из-за захватившей его сознание страсти.
Но эта вероятность беспокоила его лишь мгновение, а затем он понял правду. Он был Богом, и его божественная природа защищала его. Иместра не могла вынести его прикосновения, потому что была неверной.
- Предатель, - сказал он. - Предательская сука. - Он вскочил, схватил ее за руку и стащил с широкой кровати с балдахином на блестящий мраморный пол.
- Ваше Величество! – Взмолилась она.
- Я знаю, как бороться с предателями. - Он потащил ее по полу к стулу, на который бросил свою одежду и кинжал, спрятанный в её складках.
Затем кто-то постучал в дверь комнаты.
- Ваше Величество! - позвал стражник, стоящий снаружи. - Все в порядке?
- В каком-то смысле! - прорычал Чазар. - Моя охрана явно слишком глупа, раз не может держать изменников подальше от меня. Но, к счастью, божество может защитить себя!
Стражник заколебался, а затем сказал:
- Здесь много людей ждут встречи с вами, Ваше Величество. Хотя уже поздно, и мы сказали им, что вы приказали не беспокоить. Тут леди Халонья, лорды Даэльрик и Никос, капитан наемников...
- Вы имеете в виду Фезима?
- Да.
Даже с проницательностью божества, Чазар не мог вообразить, что произошло, раз все они пришли к нему в одно и то же время, но было очевидным, что ему нужно это выяснить. Он хотел было позвать охрану, но заколебался.