И на самом деле, она оказалась весьма красивой – комната была почти на последнем этаже замка, и из окна открывался прекрасный вид на город. Магический взгляд Аота мог различить даже черную полоску реки Аддер вдалеке за городом. Уснули они лежа на боках – спина Церы прижималась к груди Аота. Перед аудиенцией у Чазара она успела лишь слегка умыться, и её волосы все еще пахли потом. Но это его не беспокоило. Скорее даже, ему это нравилось, как и само присутствие Церы с ним на одной кровати.
- Я рада, что ты пришел за мной, - пробормотала она, - и сожалею, что Чазар рассердился на тебя из-за этого.
Аот хмыкнул.
- Благодаря Джесри все закончилось хорошо. И я знаю, что ты сделала лишь то, чего, по твоему мнению, хотел Амаунатор. Во имя Чёрного Пламени, ты мне чуть ли не прямым текстом сказала, что собираешься сделать. Я просто не хотел слышать. Или, может быть, я не понимал, что ты пойдёшь на этот безумный шаг.
- Не такой уж и безумный. Ты бы сделал то же самое на моем месте.
- Но я бы не знал, как успешно реализовать эту идею.
- Например так же, как когда ты пробрался в логово Хранителей Змей в Сулабаксе, кишащее абишаям, и мне пришлось спасать тебя?
Он попытался сдержать смешок, но ему это удалось лишь частично. Когда мужчина засмеялся, его грудь слегка стукнула Церу по голове.
- Там все было иначе.
- Ты знаешь, - сказала она, - что на самом деле нет. Я все еще должна это сделать. Даже Даэльрик... Его легче представить придворным священником, нежели патриархом. Но у него есть определенная связь с Амаунатором, иначе бы он не был патриархом его церкви в Чессенте. И как бы он ни был зол на меня за то, что из-за моих несогласованных действий вся Церковь чуть не попала под удар, он не приказал мне остановиться.
- Потому что ему нравится видеть, как кто-то ткнул пальцем в глаз Халонье.
- Нет. Или, по крайней мере, не только из-за этого. Он чувствует, что я действительно выполняю прямые указания нашего Бога.
- И я полагаю, ты все еще хочешь, чтобы я помог тебе.
Она заколебалась.
- Кажется, ты уже сказал, почему теперь ты согласишься.
- Ты права, но во имя Черного Пламени – мне постоянно затягивает в самую гущу интриг и тайн, как бы я ни старался держаться от них подальше. Возможно, мне стоит прыгнуть в самый эпицентр, разгадать их всех, и уже потом заботиться о благе всего Братства.
Она перевернулась и улыбнулась.
- Значит, ты собираешься помочь.
- В первую очередь, я собираюсь победить Трескель. Это все еще задача номер один. Но если у меня будет время, если представится шанс, и если ты пообещаешь больше не заниматься своими делами без моего одобрения, тогда да. Я помогу тебе.
И тогда она поцеловала его, как будто это весьма условное обещание уладило все проблемы.
Была техника, позволяющая сломать руку в запястье. Баласар давно выучил его и использовал бесчисленное количество раз против тех, кто справедливо считал, что слабее его в оружейной схватке, но ошибочно полагал, что может побороть драконорожденного, размеры которого были чуть меньше средних.
Хотя его и напугала атака внезапно появившегося врага, он использовал свой любимый приём. Он схватил врага за слабое место ладони, между большим и указательным пальцем. Хватка врага ослабла, и вот Баласар смог взмахнуть своим мечом, который тут же зацепился за что-то в темноте - по-видимому, за тело противника. Но уже через мгновение лезвие и рука драконорожденного прошли дальше по направлению удара.
Хватка, сжимающая горло Баласару и мешающая ему дышать, ослабла. Ему было не очень удобно использовать меч на таком коротком расстоянии, а особенно когда он не мог видеть. Но он продолжал втыкать свой меч во что-то мягкой, пока лезвие не звякнула обо что-то твёрдое, что Баласар принял за кость.
Тем не менее, удушающая хватка не спадала, а вскоре другая рука, на костях которой все еще была плоть, оказалась на его шее. Хотя он был несколько обременен мечом, Баласар попытался вырваться из захвата, махая рукой взад-вперед. Не сработало.
Зная, что скоро его силы иссякнут, он подался вперед, ощутив зловоние невидимого врага, и ударил его рукоятью меча по голове.
Кость хрустнула. Когтистые лапы, сжимающие пальцы на его шее, опали. Баласар втянул воздух и услышал, как тело соперника упало на пол.
Крылатое существо зашипело, и драконорожденный каким-то образом почувствовал, что оно летит на него. Он выдохнул волну мороза в темноту. Существо завизжало, и, похоже, отклонилось с пути, потому что в Баласара не врезались ни когти, ни клыки.