Это и произошло. Еще больше всадников на грифонах выскочило из рощ, а затем, вдали от ветвей, которые могли бы воспрепятствовать их взлету, устремились в небо. Тем временем с деревьев и из-за земляных валов посыпались стрелы. Воины и монстры трескельцев начали падать.
Аот ухмыльнулся. Джет, с помощью ментальной связи поняв, что хочет его хозяин, устремился к ближайшему красному дракону. Поскольку духи воздуха не препятствовали ему, он мог лететь так же стремительно, как и всегда.
И это хорошо. Аот решил, что, как и его товарищи, красный дракон был относительно молод. Но он все еще был способен сжечь Джета прямо в полете или искромсать его клыками и когтями.
Наёмник произнес слова силы и нацелил свое копье, высвободив часть сдерживающейся внутри него энергии, чтобы увеличить силу заклинания. Серебристая струя холода вырвалась из острия оружия и залила морду дракона.
Он взревел, вывернул шею и извергнул огонь. Но, возможно, турбулентность вокруг него не позволила ему прицелиться, потому что Джету даже не пришлось уклоняться.
Как только они пролетели мимо, Аот бросил огненный шар и взорвал двух дрейков в воздухе. Когда Джет повернулся, чтобы еще раз зайти на красного дракона, у Аота появилось время, чтобы посмотреть на то, как шли дела у остальных.
Соратники Аота на грифонах выпускали в крылатых рептилий стрелу за стрелой. Часто, несмотря на все свое мастерство, они промахивались, поскольку мало что было труднее, чем поразить летящую цель, сидя на спине у летящего грифона. Иногда, какой-нибудь неспокойный дух ветра, летающий поблизости от цели, заставлял посланные снаряды разлетаться в стороны. Но Аот подсчитал, что одна стрела из пяти попадает и поражает цель. Если повезет, этого будет достаточно.
На стрельбе лучники наносили врагу куда больше урона. Оказавшись зажатыми с трех сторон, трескельцы и их союзные рептилии попытались вырваться из окружения, но когда они доходили до земляных валов или зарослей деревьев, то натыкались на стены щитов, ощетинившиеся копьями.
В общем, вроде бы все шло хорошо. Но потом голубое небо потемнело.
Аот прорычал ругательство. Его старый враг Исвал был способен заслонять солнечный свет. Как и Ксингакс, который вставил себе глаз теневого монстра. Оба были давно мертвы, но кто-то или что-то на стороне Трескеля знало, как создать такой же эффект.
- Один из драконов? - Спросил Джет.
- Сомневаюсь, - ответил Аот. - Учитывая, что ветер мешает им, а из их тел торчат стрелы, маловероятно, что они смогут проявить необходимую концентрацию. Лети над наземными войсками. Может быть, мы заметим мага.
Они действительно заметили заклинателей – колдунов людей, напевающих заклинания и замысловато размахивающих посохами, жезлами или сферами; заклинателей людоящеров, которые выкрикивали заклинания; а также шаманов орков и кобольдов, размахивающих идолами из костей, мумифицированных рук и сморщенных голов. В другой ситуации Аот воспользовался бы возможностью швырнуть огненный шар или ледяной град в любого из них. Но никто из магов не выглядел способным высосать солнечный свет с неба.
Затем Аот заметил небольшой уголок мрака под дубовой рощей позади того, что считалось вражеским строем. Никакие глаза, кроме его, не смогли бы разглядеть огромную зеленую фигуру, скрытую в темноте, или различить его на фоне других темных пятен, окутанных мраком.
Дракон смотрел в черный шар, поддерживаемый железной треногой. Его окружали слуги с пепельной кожей, которые, возможно, когда-то были обычными человеческими мужчинами. Судя по движению их ртов, они тоже пели в унисон. Деревья вокруг них сбрасывали листья, как будто весна превратилась в осень.
Змеем почти наверняка был Джаксанаедегор, дракон-вампир, который был главным лейтенантом Аласклербанбастоса. Аот узнал его по описанию Гаэдинна и Джесри, и он знал, что для него и Джета было бы безрассудно атаковать его в одиночку.
Но кто-то должен был прервать их колдовство, прежде чем тьма превратится во что-то похуже. Аот огляделся, чтобы посмотреть, сколько всадников на грифонах он сможет собрать. А затем он почувствовал озноб и учуял запах разложения. Чувство ядовитой несправедливости скрутило его внутренности.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
15 Кефорн, Год Извечного (1479 по ЛД)
Шрам недовольно хрипел. Он хотел летать и сражаться со своими братьями и сестрами, а не прятаться за земляными валами на вершине холма.