- Где Чазар? – спросил Джет. - Если он хоть немного похож на того, кем должен быть, то он может все изменить.
- Не знаю. - Ответил Аот. У него не было времени и попытаться найти Героя Войны. Без помощи элементалей воздуха битва в небе стала намного труднее. И даже если он и его товарищи на грифонах смогут выиграть эту локальную битву, то есть уже дюжина проблемных ситуаций, требующих немедленного вмешательства.
Он прочитал заклинание и прицелился копьем. Ослепительная, потрескивающая молния вылетела из его острия и ударила одного из красных драконов. Существо содрогнулось, и лишь на полпути к земле восстановило контроль над своим телом и, в частности, крыльями.
Но пока Аот был занят этим драконом, другой напал на лучников, прятавшихся в одной из рощ.
Будучи в относительной безопасности за спинами наемников и их щитами, Оракс швырял магические стрелы в трескельцев, которые снова и снова штурмовали строй Братства. Несмотря на зловещую и неестественную тьму, волшебнику казалось, что дела идут неплохо. Затем их живые враги - чешуйчатые кобольды и орки со свиными мордами, отступили и позволили мертвым атаковать.
Оракс почувствовал, хотя и не заметил пробуждения призраков, но потом это чувство, видимо, вместе с нежитью, ушло. Теперь же духи вернулись и продвигались вперед в виде теней с черепами, будто бы они питались чем-то, что делало их более реальными.
Воины, которые флегматично, а иногда даже и с насмешкой отражали атаки трескельцев, дрогнули, но лишь на мгновение, а затем они приготовились к тому, что должно было произойти. Оракс вспомнил, что это были люди, которые последовали за Аотом в Тэй и сражались там со всевозможными ужасами некромантии.
Но не всегда смелость и опыт могли выручить. Иногда их копья и мечи наносили вред врагу, но чаще свободно проходили через бестелесного врага. В ответ на это призраки набрасывались на воинов, пропуская свои нематериальные когти сквозь кольчугу и панцири и вонзали их в плоть. Люди же в ответ могли лишь закричать, после чего как будто высыхали и замертво падали.
Один фантом свалил наемника и скользнул сквозь его тела прежде, чем то успело упасть. Оракс вызвал поток кислоты, который пролетел сквозь призрака, и с брызгами и шипением упал на спину только что упавшего на землю тела наемника.
Идиот! Оракс отругал себя. Ему следовало продолжать метать магические стрелы. Решив так и поступить, волшебник начал отступать и случайно взглянул прямо в пустые глазницы темного, дрожащего черепа. Он понял, что не может отвести взгляд или хотя бы пошевельнуться. Призрак потянулся к нему…
Позади ОраксаМералейн повторяла рифмующиеся слова на языке, который даже он, такой же волшебник, не знал. Ее голос был мягким, но что-то в нем заставляло некоторые слоги звенеть подобно ударам молота по наковальне.
Настала очередь призрака дрогнуть. Его форма заколебалась на месте, как будто он пытался вырваться из сдерживающей его силы. Затем он взвыл, повернулся и набросился на одного из своих собратьев-призраков. Два других фантома сделали то же самое.
Оракс втянул воздух. Он хотел атаковать враждебно настроенных призраков, а не тех, которые теперь служили Мералейн, но было трудно отделить одних от других. Волшебник все еще пытался выбрать цель, когда заметил движение над своей головой.
Дракон спикировал на рощу. Он открыл пасть и извергнул ярко-желтое пламя. Струя огня воспламеняло или просто уничтожило все на своем пути - ветви, лучников на платформах, воинов и призраков, сражающихся на земле. И, подобно кисти художника, рисующего линию развалин, струя устремилась к Ораксу.
Он хотел было убраться с направления огня, но увидел, что она должна поразить еще и Мералейн, которая, судя по всему из-за концентрации, не могла двигаться.
Оракс схватил ее и потащил за собой. Его нога зацепилась за протянутую руку трупа. Волшебник упал, утянув с собой Мералейн. Струя пламени прошла на расстоянии пары пальцев от их ног, но достаточно близко, чтобы от палящего жара перехватило дыхание.
Достаточно близко, чтобы подожжённая трава и упавшие ветки могли представлять угрозу. Волшебник вскочил на ноги, подтащил Мералейн к себе, огляделся и почувствовал укол ужаса.
На первый взгляд казалось, что вокруг горит буквально все, не оставляя путей к выходу из огненной ловушки. Жар доставлял ему неимоверную боль, а дым заполнил лёгкие, выбивая из них сдавленный сухой кашель. Горящая платформа, обугленные трупы сидевших там лучников и поддерживающие ее сучья рухнули прямо перед ними. Мералейн вскрикнула.