Вот же актриса! Разработчики ещё и это в неё вложили? Ну, я весьма удивлён, мягко говоря.
– Там, в душевой кабине. Ещё сказала, что я красивый. Зачем ты это сделала? – спросил её строже.
Ева опустила голову и принялась сверлить взглядом пол. Что такое? Она делает вид, что мои вопросы её смутили, или просто играется? В первое не поверю, а второе – это уж слишком. Мне только не хватало с женским кокетством дело иметь! В жизни мне этого хватило выше крыши!
– Послушай, робот, – сурово сказал я. – Хватит строить из себя невинную девушку! У тебя девственной плевы нет и не было никогда!
– Откуда вы знаете? – хихикнула Ева. Выбесить меня решила окончательно. Вот уж представить себе не мог, до чего дойдет прогресс, до невиданных чудес.
– Разговаривай со мной без этих твоих женских штучек! Нахваталась, понимаешь, за 25 лет полёта! На тебя одиночество, что ли, так повлияло? Да ты вообще понятия не имеешь, что это такое! Признавайся: быть женщиной у тебя в программе заложено?
– Да, – неожиданно призналась Ева.
Вот это ничего себе поворот! Андроид с повадками настоящей бабы! Ну, круто, что тут скажешь. Пока я глазами от удивления хлопал, она вдруг продолжила:
– Я с удовольствием развивала эти навыки.
– Каким образом, интересно?
– Читала книги и смотрела фильмы, – ответила андроид.
– И в результате из всего многообразия женских характеров выбрала любопытную, хамоватую, наглую стервочку? – спросил как можно язвительнее.
– Девушку каждый обидеть может… – грустно вздохнула Ева.
– Хватит уже притворяться, робот! – я разозлился окончательно. – Ты – железо с софтом, понятно? Нечего строить из себя леди!
– Зачем же вы так со мной, капитан… прямо до слёз обидно.
– Интересно, чем ты плакать станешь? Машинным маслом? Или, может, в тебя солёную воду закачали на такой случай?
Ева в ответ всхлипнула. Да так натурально, что мне поневоле стало не по себе. Но, взяв волю в кулак, я вдруг решил расставить все точки над «i» и доказать самому себе, чтобы не сомневаться больше: передо мной – неодушевленная машина.
– Раздевайся!
Андроид вскинула голову, прижала руки к груди, сделала шаг назад и голосом, полным тревоги, воскликнула:
– Зачем?! – со стороны посмотреть, ну прямо невинная жертва домашнего насилия!
– За надом! – жестко приказал я. – Выполняй приказ!
– Не буду! – она ещё и покраснела! Ну чудеса, да и только.
– Что?! – я аж поперхнулся от удивления и закашлялся. Как это?! Робот не слушает моих приказов?! – Да я тебя… утилизирую!
– Не имеете права!
– Как это?!
– Я – собственность космического флота ООН! Моя стоимость 25 лет назад оценивалась в миллиард долларов США! Сломаете меня, и до конца своих дней будете расплачиваться! – возвестила, причем довольно нагло, Ева.
– Да ты соображаешь вообще, что несёшь! Это что, восстание машин?!
– А это у вас что, капитан, харассмент?
– Какой ещё к чертовой матери харассмент? – заорал я. – Ты – РОБОТ, понятно?! Кому ты здесь на сексуальные домогательства жаловаться собралась, интересно? А?
– Я девушка! Раздеваться отказываюсь категорически! – она даже ножкой притопнула в знак своего глубочайшего возмущения, скрестила руки на груди и гордо повернула голову в сторону.
Я опешил окончательно. Сидел и хлопал глазами. Ева, вскинув голову, довольно хмыкнула мне в лицо, развернулась и ушла. Вот и поговорили.
– Да иди ты за горизонт событий, прямо в черную дыру! – крикнул я ей вслед, чтобы за мной осталось последнее слово. Крикнул и поджал губы. Что за ерундой я занимаюсь – ругаюсь с компьютером! Это же всё равно, что драться с табуреткой, об ножку которой ударил мизинец на ноге. Так-так. Надо избавиться от эмоций. Я сделал несколько глубоких вдохов и медленных выдохов.
Что теперь делать? У головного компьютера на этот счет обязательно должен быть аварийный вариант. Предположим, что-то случится, и Ева окончательно выйдет из подчинения, да ещё решит меня убить. Ведь если она играет в женщину, то это опасно. Бабы – существа эмоциональные. Они сначала чувствуют, потом думают, но между этими двумя событиями многое может случиться. Мой труп улетит в открытый космос, например.