Выдача: мигрень, эпилепсия, психоз, наркотическое опьянение, рак.
Закрыла ноутбук.
Нет, лучше не гуглить. Щас еще и паничку словлю.
Нет, это не то. Она не больна. Она просто... изменилась.
Телефон снова завибрировал. Алиса прислала голосовое:
— Кать, я тут подумала. Может, тебе к неврологу сходить? У меня есть контакт хорошего частного. Или... не знаю, может это посттравматическое что-то? После тех трех дней. В любом случае, я рядом. Что бы ни происходило — мы справимся.
Катя прослушала дважды. В голосе Алисы — искренняя забота и плохо скрываемый страх. Боится потерять подругу. Как Катя боялась потерять Бориса.
Начала печатать ответ: «Спасибо, подруга. Я в порядке, просто...» Стерла. Начала снова: «Алис, со мной правда всё...» Стерла.
В итоге отправила: «Спасибо за заботу. Кокосу привет».
Ответ пришел мгновенно: «Он жрет и орет. Обычное утро мужика. Увидимся в понедельник?»
— Конечно.
Отложила телефон. Понедельник. Офис. Клиенты. Надо будет играть в нормальную. Улыбаться, кивать, обсуждать метрики и конверсии.
Странно, но мысль об этом больше не пугала. Просто еще одна роль, которую нужно сыграть. Как в детстве играла в дочки-матери, теперь играет в успешную бизнес-леди.
Встала, подошла к окну снова. Открыла осторожно, готовая захлопнуть при первых признаках перегрузки.
Обычные звуки города. Ни громче, ни тише, чем всегда. Солнце светило нормально.
Фух. Может, пройдет.
Закрыла окно. Прислушалась к себе — звон в ушах утих, дыхание ровное.
Или не пройдет. А придется жить с этим.
У нее даже слова нет для того, что происходит. Приступы? Обострения? Побочка от здания?
Ладно. Поживем, увидим.
Прогулка. Суббота, полдень.
Нужно выйти. Просто выйти на улицу и пройтись.
Катя приняла душ — долгий, почти горячий. Вода смывала утреннюю панику, но не ощущение чужеродности собственного тела.
Краситься не стала. Зачем? Натянула джинсы, футболку, кроссовки. Обычная девушка в обычную субботу.
На улице было тепло для середины сентября. Облака закрыли солнце, но духоты не было — идеальная погода для прогулки.
Ленинский проспект в одиннадцать утра субботы относительно спокойный. Машины неслись, но не сплошным потоком. Катя шла по аллее вдоль проспекта — деревья, аккуратно подстриженная трава, лавочки через каждые пятьдесят метров.
Нормально. Всё нормально. Обычная прогулка.
Мимо пробежал джоггер в наушниках. Молодая мама катила коляску. Пожилая пара медленно шла под руку.
Обычные люди. Обычная жизнь.
Но что-то было не так. Воздух вокруг бегуна казался разреженным. От мамы с коляской тянуло холодом. Только пожилая пара излучала тепло — слабое, но настоящее.
Катя ускорила шаг.
Автобусная остановка впереди. Стеклянная, современная, с электронным табло. На лавочке — парень лет тридцати, листает что-то в телефоне.
И тут мир качнулся.
Резко, без предупреждения. Как будто кто-то выдернул землю из-под ног.
— Вот черт...
Катя пошатнулась, схватилась за стекло остановки. Ладонь скользнула по гладкой поверхности. Ноги стали ватными.
Парень поднял голову от телефона.
— Девушка, вам плохо?
Его голос доносился как через вату. Катя попыталась ответить, но язык не слушался. Мир наклонился влево, потом вправо.
Колени подогнулись.
Парень вскочил, бросив телефон на лавку. Успел подхватить ее под руки, когда она начала заваливаться.
— Эй! Эй, держитесь!
Но держаться не было сил. Катя сползла — частично на него, частично на асфальт. Последнее, что запомнилось — его испуганное лицо сверху и крик:
— «Скорую»! Кто-нибудь, вызовите «скорую»!
Темнота.
***
— ...на остановке стояла, потом как-то странно пошатнулась... я успел подхватить, а то бы головой об асфальт...
Мужской голос.
— База? Это сорок седьмая. Везем женщину, примерно двадцать пять лет, потеря сознания на улице. Давление девяносто на шестьдесят, пульс — сто десять, сатурация в норме. Подготовьте приемный покой... Да, в шестьдесят четвертую везем.
Голоса плыли в тумане. Яркий свет фонарика резанул по сетчатке, кто-то открывал ее веко.
— Девушка, вы меня слышите? Сожмите мою руку.
Катя попыталась. Пальцы едва шевельнулись.
— Хорошо. Как вас зовут?
— Борис... — пробормотала Катя, не открывая глаз. — Борька...
Врачи переглянулись. Парень с остановки быстро подхватил:
— Я Борис. Ее парень. С вами еду.