— Садитесь.
Носилки. Машина. Сирена где-то далеко-далеко. Или близко? Непонятно.
Он устроился на откидном сиденье, смущенно поправляя очки. Катя снова что-то бормотала — неразборчиво, но слово «Борис» звучало отчетливо.
— Давно вместе? — спросила медсестра, готовя капельницу.
— Э... да. Давно.
Укол в вену. Тепло разлилось по руке.
Снова темнота.
Больница. Суббота, день.
Запах. Это первое, что пробилось сквозь туман в голове. Специфический больничный запах — дезинфекция, лекарства, что-то кислое и стерильное одновременно.
Катя открыла глаза. Белый потолок. Капельница. Монитор сбоку попискивает в такт сердцебиению.
— Очнулась!
Медсестра — полная женщина лет пятидесяти — улыбнулась и нажала кнопку вызова.
— Как себя чувствуете?
— Где я?
— Шестьдесят четвертая больница, кардиология. Вас привезли с улицы, потеря сознания. Помните что-нибудь?
Остановка. Парень. Падение.
— Немного...
— Это нормально. Доктор сейчас придет.
Дверь открылась. Молодой врач в очках, усталый вид.
— Екатерина Гончарова, двадцать восемь лет, верно?
— Да.
— Паспорт был в кармане. Экстренный контакт в телефоне — Алиса. Мы ей позвонили, она уже едет.
Алиса. Господи.
— Что со мной?
Врач сел на стул рядом с кроватью.
— Хороший вопрос. Анализы в норме. МРТ чистое. ЭЭГ... — Он замялся. — ЭЭГ показывает необычную активность, но не патологическую. Просто... необычную.
— Необычную?
— Фиксируем много других частот. Но это не эпилепсия, не опухоль, ничего опасного. Возможно, переутомление. Стресс. Вы в последнее время переживали что-то травматичное?
Три дня в здании-драконе? Брат, который говорит из пустоты? Мир, ставший слишком ярким и громким?
— Да. Можно так сказать.
— Вам нужен отдых. И наблюдение невролога. В кардиологии вам делать нечего. Я выпишу направление.
За дверью послышались быстрые шаги и знакомый голос:
— Где она? Палата триста семь? Спасибо!
Дверь распахнулась. Алиса влетела как ураган — растрепанная, с перекошенной от страха сумкой.
— Катька! Космонавт, твою мать!
Бросилась к кровати, схватила за руку.
— Ты как? Что случилось?!
Врач деликатно кашлянул:
— Я оставлю вас. Екатерина, вы можете идти домой через пару часов, когда капельница закончится. Обязательно к неврологу, направление у медсестры.
Вышел.
Алиса села на край кровати, всё еще сжимая Катину руку.
— Ну? Что на этот раз?
— Не знаю. Просто... упала.
— Просто упала. Ага. После трех дней в том здании просто падаешь на улице. Всё так просто.
В голосе злость пополам с облегчением.
— Алис...
— Нет, ты послушай. Мы идем к врачу. Нормальному, частному. Обследуемся с ног до головы. И никаких отговорок.
Катя закрыла глаза. Спорить сил не было.
— Хорошо.
— Вот и умница. А тот парень, кстати, весь день тут просидел. Пока ты не очнулась. Милый такой, очкарик. Сказал, не мог просто уйти.
— Какой парень?
— Который тебя поймал. На остановке. Внизу ждет, хотел убедиться, что ты в порядке.
Незнакомый человек провел в больнице целый день, ожидая, пока она очнется.
В этом городе еще остались живые люди.
Встреча с Романом
Катя спускалась по лестнице медленно, держась за перила. Алиса шла рядом, готовая подхватить.
— Может, на лифте?
— Нет, нормально. Нужно размяться.
В фойе первого этажа было пусто — суббота, вечер, посетителей почти нет. Только охранник у входа да парень в кресле у окна.
Тот самый. С остановки.
Сидел с ноутбуком на коленях. Очки, короткая стрижка, худощавый. В простой толстовке и джинсах — обычный московский айтишник.
Катя замерла. Алиса тоже его заметила.
— Вон он. Иди поблагодари. Я пока в туалет схожу.
И ушла, оставив Катю одну.
Она подошла неуверенно. Он заметил движение краем глаза, поднял голову. Секунда узнавания — и он торопливо закрыл ноутбук, неловко встал.
— Как вы? — спросил он, внимательно вглядываясь в ее лицо.
— Лучше. Спасибо, что... — Она замялась.
— К сожалению, я не Борис, — сказал он неловко. — В скорой вы всё время звали это имя. Медики спросили, кто я, и... я сказал, что Борис. Ваш парень. Иначе бы не пустили со «скорой».
— О боже... — Катя покраснела. — Простите, я...
— Всё в порядке. Правда. Вы были не в себе.
Пауза. Он переминался с ноги на ногу, не зная, куда деть руки.
— Я... спасибо, что остались. Алиса сказала, вы весь день ждали.
— Да не за что. Просто хотел убедиться, что всё в порядке. Вы так внезапно упали... как будто вас что-то выключило.
Катя посмотрела на него внимательнее. В его взгляде не было праздного любопытства — скорее искреннее беспокойство.