Именно по этой причине лорд де Моубрей сидел теперь в том же самом кресле, в той же самой библиотеке, что и достопочтенный баронет сэр Вавассур несколько дней тому назад. Мистер Хаттон также расположился за тем же самым столом, с персидским котом по правую руку и породистыми спаниелями, которые лежали на подушках в ногах у хозяина.
Мистер Хаттон протянул руку, взял письмо, о котором только что рассказал ему лорд де Моубрей, и прочел его с огромным вниманием, тщательно взвешивая каждое слово. Превосходно! Впрочем, иначе и быть не могло — ведь это письмо написал лично он, а заверила юридическая фирма, которая была лишь орудием, послушным мановению его властной руки.
— Просто удивительно! — произнес мистер Хаттон.
— Еще бы! — воскликнул лорд де Моубрей.
— И ваша светлость получили это вчера?
— Вчера. Не теряя времени, я сразу связался с вами.
— Джабб и Джинс, — продолжал мистер Хаттон, задумчиво изучая автограф на письме. — Очень солидная фирма.
— Тем более странно, — сказал его светлость.
— Вот именно, — подтвердил Хаттон.
— Солидная фирма едва ли начнет такой процесс без каких-либо видимых оснований, — сказал лорд де Моубрей.
— Едва ли, — согласился Хаттон.
— Так что же за основания это могут быть? — настаивал его светлость.
— Да и действительно! — воскликнул мистер Хаттон. — Мистер Уолтер Джерард без своей родословной — не более чем калиф на час; бьюсь об заклад, он ничего не докажет без документов семьдесят седьмого года.
— Что же, их у него нет, — сказал лорд де Моубрей.
— Разумеется, они в безопасности? — произнес мистер Хаттон.
— Конечно. Я только жалею, что не сжег их вместе с сундуком.
— Если уничтожить эти документы и прочие грамоты о правах на владение, то граф де Моубрей никогда не станет бароном Валенсом, — сказал мистер Хаттон.
— Да какой теперь прок от этих документов? — воскликнул его светлость. — Если мы их предъявим, то можем придать правдоподобие требованиям этого Джерарда.
— Время умерит его притязания, — сказал мистер Хаттон, — и позволит созреть вашим. Вы можете подождать.
— Увы! После смерти моего бедного мальчика…
— Это стало вдвойне важным. Подтвердите свой титул барона, он перейдет к вашей старшей дочери, которая, даже выйдя замуж, сохранит ваше имя. Ваш род продлится — и к тому же облагородится. Семейство Фитц-Уоренов лордов Валенсов не уступит никому в плане древности, а если говорить об общественном положении, то, коль скоро Моубрейский замок принадлежит им, первая же коронация, первое же правительство, в котором будет равенство партий, наверняка обеспечит их графским титулом.
— Это правильный взгляд на ситуацию, — кивнул лорд де Моубрей, — и что же вы посоветуете?
— Успокойтесь. Да вам и нечего опасаться. Это всего лишь возобновление старого иска, слишком крупного для того, чтобы он мог потерять силу по причине устаревания прецедента. Так вы говорите, все ваши бумаги в безопасности?
— Можете не сомневаться. Сейчас они в архивном хранилище большой башни Моубрейского замка, в том самом железном ларце и в том самом шкафу, куда они были помещены…