— Мы с этим разберемся, сэр, — успокоил его Филд, — и примем должные меры.
— Мы разберемся, мы примем должные меры! — передразнил Освободитель; он оглядел номер с выражением высокомерной глупости на лице, а затем взял несколько персиков и с завидным аппетитом принялся их уплетать.
— Не соблаговолит ли Освободитель отведать чего-нибудь на завтрак? — спросил мистер Хаттон.
Освободитель бросил на владельца номера взгляд, полный бессмысленной угрозы, а потом, словно не желая снизойти до личного разговора с простым смертным, уже более сдержанным тоном сказал Чартисту:
— Стакан эля!
Эль был немедленно доставлен Освободителю, который, сделав основательный глоток, принял менее грозный вид, звонко причмокнул, отодвинул тарелки и уселся на стол, болтая ногами.
Освободитель отодвинул тарелки и уселся на стол, болтая ногами.
— Вот мой друг, о котором я вам говорил и с которым вы, сэр, изволили встретиться, — сказал Чартист, — наш самый выдающийся защитник прав народа и издатель «Моубрейской фаланги», мистер Морли.
Морли немного приблизился; он поймал взгляд Освободителя, который крайне вдумчиво осмотрел его и, соскочив со стола, заорал:
— Да это тот самый губошлеп, который справлялся обо мне в Чертовом Подворье три года назад!
— Имел честь, — спокойно подтвердил Морли.
— К дьяволу честь! Ты кое-что кое о ком знаешь; тогда я не смог раскусить тебя, но на этот раз, будь я неладен, я из тебя это вытащу! Так, не будем волынку тянуть: ты его видел? Где он живет?
— Я тогда приходил затем, чтобы получить сведения, а не предоставить их, — сказал Морли. — У меня был друг, который страстно желал повидаться с этим джентльменом…
— Да какой он джентльмен! — отмахнулся Епископ. — Он мой брат, и вот что я тебе скажу: теперь и я для него что-нибудь да сделаю. Как видишь, нынче все под мою дудку пляшут, и такой шанс ни за что не выпадет дважды. Родная кровь не водица; и если я найду брата, то осчастливлю его, не будь я Саймон Хаттон.
Творец и советник пэров вздрогнул в своем кресле и побледнел. Он и Морли обменялись взглядами, удостоверяясь, что мыслят они одинаково, — и достопочтенный антиквар со страхом, к которому примешивалось отвращение, посмотрел на Освободителя и отошел к окну.
— Предлагаю вам дать объявление в своей газете, — продолжал Епископ. — Я знаю одного путешественника, который потерял на Подворье ключи и вернул их таким способом. Объявляйте, пока не найдете его, а мой премьер-министр и главный старшой напишет приказ для городских властей, чтобы те возместили вам издержки.
Морли покорно и молча кивнул головой.
Епископ продолжал:
— Как зовут того человека, который выстроил большую фабрику в трех милях отсюда, не хочет ее останавливать, а сегодня с утра окатил моих ребят водой из насосов? Вот что я вам скажу: у меня найдется огонь на его воду, слышите, господин Газета? Найдется у меня огонь на эту воду, не пройдет и пары часов!