К берегу причалила лодка, в которой сидели двое мужчин и множество женщин. «Чертовых котов» эти люди видели; по крайней мере, один из них издали различил толпу бунтарей, а вернее, взметенное ею облако пыли. О жестокости и бесчинствах мятежников ходили жуткие слухи. Судя по всему, эти смутьяны собирались напасть на фабрику Траффорда, но, как прибавил рассказчик, было вполне вероятно, что большая их часть, перейдя через мост, двинется в сторону Пустоши, где будет устроена общая сходка.
Сибилле просто необходимо было переправиться через реку на лодке, однако никто не захотел помогать ей грести. Прибывшие и сами оказались в положении беженцев — и собирались как можно скорее найти какое-нибудь временное укрытие. Эти люди были убеждены, что, если они вернутся сейчас на тот берег, то непременно повстречают бандитов. Они уже собирались оставить в одиночестве безмерно расстроенную Сибиллу, когда со стороны Пустоши появилась некая леди; она сама правила запряженной пони коляской, а следом за ней, верхом на таких же пони того же размера и масти, что и у их госпожи, ехали двое грумов; заметив толпу людей и крайне взволнованную Сибиллу, леди натянула повода и осведомилась, что здесь происходит. Один из мужчин (которого то и дело перебивали женщины, что принимались говорить разом), тут же начал расписывать положение вещей; леди, очевидно, была совершенно не готова услышать такое — и явно забеспокоилась.
— А эта вот юная особа хочет переправиться через реку, — продолжал мужчина. — Это же просто безумие! Я ей говорю: тебя там ждет верная смерть, а то и нечто похуже.
— Мне кажется, это очень неосмотрительно, — мягко сказала дама, по-видимому узнавшая Сибиллу.
— Увы! Что мне остается делать? — воскликнула девушка. — Мой отец остался на фабрике мистера Траффорда!
— Ладно, нам медлить нельзя, — заявил мужчина; его товарищ уже привязал лодку у берега, и, пожелав собеседникам всего наилучшего, они отправились своей дорогой, сопровождаемые остальной компанией.
Именно в эту минуту галопом подъехал джентльмен на маленькой прыткой лошадке; он поравнялся с запряженной пони коляской и воскликнул:
— Дорогая Джоан, я повсюду тебя разыскиваю. Я ужасно за тебя беспокоился. На том берегу беспорядки, и я опасался, что ты, возможно, перебралась через мост.
В ответ на это леди Джоан сообщила мистеру Маунтчесни о том, как она только что получила надлежащие сведения об обстановке, после чего супруги какое-то время шепотом совещались между собой. Наконец леди Джоан обернулась к Сибилле и сказала:
— Думаю, вам и в самом деле лучше отправиться к нам домой и подождать, пока всё немного не успокоится.
— Вы необычайно добры, — поблагодарила Сибилла, — но если бы я смогла вернуться в город через Моубрейский парк, то сумела бы, вероятно, как-то помочь отцу.
— Мы как раз направляемся в замок через этот парк, — сообщил джентльмен. — Вам лучше поехать с нами. Там вы, по крайней мере, будете в безопасности, и, может быть, нам удастся что-нибудь сделать для тех добрых людей за рекой, которые оказались в беде. — Он кивнул груму, тот подошел к нему и придержал лошадь; джентльмен спешился и, крайне учтиво приближаясь к Сибилле, заметил: — По-моему, мы с вами уже немного знакомы. Леди Джоан и я однажды имели удовольствие повстречать вас; кажется, это было у мистера Траффорда. Прошло уже много времени, но, — прибавил он тише, — вы не из тех, кого можно легко забыть.
Сибиллу нимало не тронули изысканные любезности мистера Маунтчесни, однако она была встревожена и растеряна, а потому согласилась на его и леди Джоан предложение и села в коляску. Свернув в противоположную от реки сторону, они поехали по дороге, которая в скором времени привела в парк. Мистер Маунтчесни мелкой рысью скакал впереди, Гарольд бежал следом. Около мили ехали они через угодья, обильно поросшие буйным лесом; леди Джоан не раз очень ласково обращалась к Сибилле, делилась с ней своими наблюдениями и беспрерывно пыталась отвлечь девушку от тяжелых раздумий, но тщетно. Наконец они вырвались из-под густой сени деревьев на обширные луга — и на пригорке, к которому они стремительно приближались, показался Моубрейский замок: современное здание, построенное по образцу средневековой крепости в стиле, который не отличался особым вкусом или гармоничными пропорциями, однако просторное, массивное и внушительное.