Леон облизнул губы, прищурившись глядя на меня. Мимолетное желание показать ему язык, как в детстве, едва не победило, но я вовремя отвернулась.
Это путешествие пробуждало во мне то, чего я никогда не хотела больше чувствовать. И мне это совершенно не нравилось.
– Разбиваемся. – Дмитрий глянул на лежащего без сознания Айзека и вздохнул. – Янис!
Девушка сразу же встрепенулась. Всю дорогу она не проронила ни слова, скорее всего, ожидая взбучки от командира. Хотелось ей посочувствовать, но в душе я тайно злорадствовала. Если бы не их с Леоном выпад, возможно, мы бы избежали встречи с пепельщиком.
– Подложи ему хоть что-то под голову.
– Это охренеть как поможет, – сказал Макс.
– Ну, держи его на руках все это время. Хочешь?
– Нет.
– Тогда заткнись и ставь палатку. Леон, займись костром. Елена, – Дмитрий перевел взгляд на меня, – просто сиди и не двигайся.
Закатив глаза, Макс принялся разбирать рюкзаки.
– Черт! – вдруг вскрикнула Янис. – Кажется, у него жар!
Я встрепенулась и направилась к Айзеку, но Леон остановил меня рукой и первым подошел к нему. Присев на корточки, оглядел одежду, руки и шею, изучил ноги, а потом повернулся:
– Не укушен.
Он отошел, давая мне пространство. Дмитрий внимательно следил за нами.
– Температура завышена. Пульс ускорен, дыхание учащенное.
Закрыв глаза, я медленно прокручивала раз за разом то, что видела. Он упал.
– Нужно срочно перенести его в палатку. Это нога. Возможен перелом.
– Сука! – выругался Макс.
Дмитрий сохранял полное спокойствие, он присоединился к Максу.
Нас ждала тяжелая ночь.
Слабый ветер колыхал стенки палатки. Она была двухместная, и здесь помещался лишь лежавший Айзек и сидящая я. ХИС освещал пространство зеленым цветом, вызывая не слишком приятные ощущения.
На голове мужчины лежала холодная тряпка. Все его тело сотрясала дрожь. Хотелось накрыть его, но температура плохо сбивалась. Запас анальгина был скудный, но я, не жалея, отдала его. На улице пытались сохранить костер и приготовить еду.
Не перелом, но вывих. И вот уже около получаса я мучилась дилеммой.
Айзек шумно вдохнул.
Почему? Почему вдруг ты стал что-то значить? Я истосковалась по заботе? Мне нужно о ком-то заботиться? Но я не хочу…
Через маленькую щелочку я позвала:
– Дмитрий. Мне нужна твоя помощь.
Тяжелый и грузный, но с нескрываемой тревогой на лице, Дмитрий пытливо вглядывался в мои глаза.
Привыкшая к постоянному безразличию или обвинению во взглядах мужчин, я испытывала смешанные чувства. Что-то щелкнуло в груди, но я отбросила любые переживания. Сейчас важен лишь пациент.
Айзек. Напомнила я себе. Айзек.
– Что ты хочешь сделать?
Судя по тону, Дмитрий ждал чего-то ужасного. Может, что я предложу быстренько его убить?
Я сдержала подрагивающие уголки губ.
– Будем вправлять. Я хотела дождаться лучшего места. Где хотя бы есть тепло. Но… Время – слишком ценный ресурс.
– Вправлять? – чего было больше: страха или облегчения? Я не знала.
– И мне нужна твоя помощь.
– А Леон?
– Ты собираешься со мной спорить?! – вспылила я. – Леон слишком резок.
– А я, значит, нет?
Я предпочла промолчать. Дмитрий хмыкнул.
– Мне нужен, – решила я все же объясниться, – тот, кто умеет исполнять приказы.
– А Леон…
– Ты хочешь поболтать или помочь ему?!
– Прости.
– Я согну ногу, тебе нужно будет его крепко держать. Анестезии нет, но он без сознания.
– Ты… ты точно умеешь это делать?
– Твоя вера очень помогает, – я бросила снисходительный взгляд. Дмитрий не настроен шутить, но от этого становилось еще веселее.
Мы согнули его ногу, предварительно освободив от одежды, обеспечивая вытяжение в две стороны. Дмитрий крепко держал его, попутно бегая глазами по моему лицу.
– Сейчас я верну его сустав в нужное положение, но ты должен держать его. Не отвлекайся.
– Понял.
Я вздохнула и двумя руками обхватила головку бедренной кости. Досчитала до десяти, поймала звуки ветра и сосредоточилась на нем.
Щелчок.
Айзек раскрыл глаза и закричал. Я заткнула ему рот тканью, чтобы не привлекать зараженных. Капли пота потекли градом, он вырывал ногу, но Дмитрий твердо удерживал его на месте. Когда же Айзек обмяк, я убрала руки и вытерла пот со лба.
Наши взгляды с Дмитрием встретились.
Тишина, наполненная чужим тягучим дыханием, зовом природы и отдаленных голосов. Нас разделяло ничтожное расстояние, но казалось, его никогда не преодолеть.