А время шло. Отгремел ажиотаж вокруг первого тура, давно забылись драконы, шлифовал декабрь морозным наждаком окрестности Хогвартса, присыпав их рассыпчатым белым инеем и снегом. Впали — к счастью! — в глубокую спячку соплохвосты Хагрида. А вредная МакГонагалл поставила перед студентами невыполнимую и просто кошмарную задачу — найти себе партнершу для танцев на Святочном балу.
Неделю назад Гарри сказал бы, что найти партнера для бала — пустячное дело, не чета поединку с драконихой. Но после поединка он согласился бы еще на десять схваток.
Пригласить на бал девушку! Страшнее ничего не придумаешь. В этом году многие ученики не поехали домой на рождественские каникулы. Он-то, конечно, всегда оставался, не ехать же в самом деле на Тисовую улицу. Но в прежние годы оставшихся можно было по пальцам пересчитать. Нынче из старшекурсников не уехал никто. И все помешаны на Святочном бале, по крайней мере, девчонки. Сколько же их в Хогвартсе! Он только теперь это заметил. И все они шептались и хихикали по закоулкам замка, давились смешками, если мимо проходил мальчик. А сколько волнений и разговоров о нарядах для предстоящего праздника!
— И что они ходят все вместе? — спросил Гарри у Невилла, увидев стайку девочек, которые поглядывали на Гарри, хихикая. — Как тут к одной подойти и пригласить?
— Может, оттащить её в сторону с помощью лассо? — предложил Невилл. — Ты уже выбрал, кого заарканить?
Гарри не ответил. Выбрать-то он выбрал, а пригласить не хватает духу. Чжоу на год старше его и такая красивая! Да еще играет в квиддич. В общем, пользуется огромным успехом. Но Невилл, кажется, подозревал, что творится в душе у Гарри.
— Знаешь что, — сказал он, — тебе нечего волноваться. Ты — чемпион. Ты только что победил венгерскую хвосторогу. Спорим на что хочешь, у тебя от девочек отбоя не будет?
— Ты-то кого-то пригласил? — огрызнулся Гарри, занервничав от его испытующего взгляда. Невилл криво ухмыльнулся.
— Джинни Уизли я пригласил. Что? Слабо?
— Фу… — передернулся Гарри. — Она же ронова сестрица. Только не говори, что она тебе нравится!
— Нормальная девчонка! — построжел Невилл. — Боевая и храбрая, в самый раз для танцев на один вечер. А тебе что, девочку надо на всю жизнь пригласить? Кто хоть на примете у тебя?
— Чжоу… — покраснел от смущения Гарри. — Чжоу Чанг из Когтеврана.
— А, — с сочувствием посмотрел на него Невилл. — Тут ты опоздал. Она с Седриком встречается.
Гарри с досадой уставился на него — ну во-о-от, единственная интересная девушка во всем Хогвартсе, и та занята. Приуныв, он поплелся прочь по коридорам замка, впрочем, не забывая смотреть, не мелькнет ли где одинокая девичья фигурка, ибо намек Невилла он понял: если ему нужна партнерша на один вечер, то для этого сойдет любая девчонка, которой не обязательно обещать золотые горы и вечные свидания с букетами-шоколадами. Впереди показалась женская, отнюдь не девичья, мощная фигура сибирской директрисы, поравнявшись и поздоровавшись с Поттером, Косолапкина вдруг тормознула его.
— Товарищ Поттер, пригласите, пожалуйста, Олесю Найденову. Всего на один вечер. Надеюсь, это вам несложно?
— Нет, мэм, — вежливо ответил Гарри. И последовал совету директрисы, так как уже знал, что она дурного не посоветует.
У остальных чемпионов дела обстояли более-менее сносно и терпимо. У Седрика девушка уже была, и постоянная, Флер удалось окрутить Роджера Дэвиса, очаровать его вейлочарами. А Виктор…
Виктор ловил Гермиону. Впервые она запала ему в пламенное сердце в тот самый миг, когда он кинул свое имя в Кубок и, уходя к столу, увидел её. Милую кареглазку, скромно и тихо сидящую с книгой на коленях. Они встретились взглядами… Черные очи дюжего болгарца и карие, теплые и спокойные, глаза Гермионы. И не было в этих добрых глазах того оголтелого фанатского огня, который в последнее время Виктора уже просто отпугивал, заставляя его, высокого и сильного мага-спортсмена, шарахаться от представительниц слабого пола. В общем, влюбился Витя по самые гланды в милую лапушку-Гермиону, которая не преследовала его с визгом, помадой и дикой просьбой расписаться у неё на сумке. Напротив, Гермиона старательно избегала его поползновений, прячась то в библиотеке, то среди своих друзей, на которых у Вити вскоре выработался рефлекс испанского быка — при виде парней он уже чуть ли не пар из ноздрей пускал и землю ногами рыл.