— Берись за кубок.
Вздохнув, Гарри протянул руку сквозь мантию и взялся за золотую изогнутую ручку, а в следующее мгновение почувствовал знакомый рывок где-то под ложечкой. Ноги оторвались от земли. Рука Василия, крепко держащая за плечо, не разжималась. Гарри покорно закрыл глаза, отдаваясь течению судьбы. Кубок куда-то нес его сквозь завывание ветра и пестрый вихрь красок, и вместе с ним бок о бок летел черт Василий.
Глава 11. Счастливое лето для Гарри Поттера
Местность вокруг ничем не напоминала Хогвартс. Не было гор, окружавших замок, похоже, они преодолели несколько миль, может, даже сотню. Они стояли посреди темного, густо заросшего кладбища, справа, за огромным тисом, чернел силуэт небольшой церкви. Слева — холм, на склоне которого громоздился старый красивый особняк.
Разжав руку, Гарри выпустил кубок, и тот со звоном покатился вниз, подпрыгивая и подскакивая на камнях, пока не уткнулся в надгробие. Гарри-черт медленно двинулся к могильной плите, Гарри-под-мантией внимательно наблюдал за ним.
Осторожно и с каким-то уважением Гарри-черт провел ладонью по полустертым буквам, высеченным в сером мраморе. Настоящий Гарри, крепко прижимая к груди собаку, продолжал следить за происходящим, помня наказ: смотреть и запоминать, ничего не упуская, его воспоминания потом могут пригодиться в суде против Дамблдора и Волан-де-Морта.
Тем временем начали происходить некие события: медленно, огибая могилы, к ним приближался человек. Роста невысокого, лицо скрыто капюшоном, в руках сверток, который он нес с предельной осторожностью. Расстояние между ними сокращалось, человек подошел совсем близко, и Гарри увидел, что у него на руках младенец… а может, просто сверток с одеждой?
Коротышка в плаще остановился, нагнулся и, положив сверток на землю, не разгибаясь, запустил в тупо моргающего Гарри замораживающее заклятие. Гарри-под-мантией едва удержался от такого подлого, коварного действия исподтишка. Но, скрипнув зубами, смолчал и продолжил наблюдение.
Коротышка выпрямился и, подойдя к Гарри, схватил за плечи и подтащил к надгробию, прислонил к плите, быстро привязывая его вылетевшими из палочки веревками. Закончив с этим, он повернулся и взмахнул палочкой куда-то вглубь кладбища, где тут же вспыхнули факелы, ярко освещая подготовленный заранее огромный каменный котел. Под ним взревел, разгораясь, огонь. Гигантский костер жарко запылал, жадно облизывая стенки котла и превращая участок кладбища в зачарованный склеп, тьма за пределами освещенного круга сгустилась до непроглядности полярного мрака.
Зажатая под мышкой Хельга заинтересованно заерзала, и Гарри осторожно спустил её на землю. Умная собака тут же скакнула во тьму, оставаясь невидимой и неслышимой.
А костер тем временем осветил и коротышку, в котором Гарри вдруг признал Хвоста.
— Ты!.. — яростно выдохнул Гарри-черт, безуспешно дергаясь в путах. Видимо, он уловил отголоски удивления настоящего Поттера и теперь потихоньку вживался в роль. Хвост ничего не ответил. Вместо этого он, не мигая, смотрел на огонь под котлом и его содержимое, которое начинало побулькивать. Жидкость в котле нагрелась быстро. Не прошло и пяти минут, как она уже кипела вовсю, бросая вверх пунцовые искры, словно тоже воспламенилась. Пар становился все гуще, и скоро фигура у костра превратилась в расплывчатое пятно. Кто-то в свертке теперь уже лихорадочно метался. И оба Гарри вдруг услышали пронзительный, писклявый голосок:
— Скорее!
Кипящая поверхность жидкости вся превратилась в искры и сверкала, точно усыпанная бриллиантами.
— Все готово, хозяин, — хрипло шепнул Хвост.
— Пора… — изрек тот же тоненький голосок. Хвост развернул сверток, не поднимая с земли; увиденное исторгло бы из груди Гарри пронзительный вопль, не будь у него резонного мотива скрывать свое присутствие. Как будто Хвост, споткнувшись о камень, вывернул его из земли, и под ним оказалось что-то вроде скользкого слепого червя, нет, в миллион раз хуже. Принесенное Хвостом на кладбище существо напоминало скорчившегося младенца. Но только очертаниями, во всем остальном оно ни капли не походило на человеческого детеныша. Чешуйчатое безволосое тело цвета сырого мяса, слабые, тонкие ручки и ножки, а лицо — такого ни у одного ребёнка отродясь не было: приплюснутое, как у змеи, с блестящими красноватыми глазами-щелками.
— Во, бля, морда… — брезгливо передернулся и скривился связанный черт. Гарри был полностью с ним согласен.
Существо казалось почти беспомощным. Оно протянуло ручки к Хвосту, обняло за шею, и Хвост его поднял. В этот миг капюшон упал у него с головы, и Гарри увидел на бледном лице крайнее отвращение. Хвост поднял свою ношу над котлом, и искры, танцующие на поверхности жидкости, осветили на мгновение плоское злобное лицо. Хвост опустил существо в котел, и оно с шипением исчезло. Гарри услышал, как тельце мягко стукнулось о каменное дно котла. И? Чего дальше ожидать? Гарри с любопытством наблюдал, старательно запоминая. Тут Хвост заговорил. Голос его дрожал, выдавая панический страх. Он поднял палочку, закрыл глаза и с трудом произнес: