Пока готовил завтрак, проверил мобильник на пропущенные вызовы. Их оказалось два, сперва первый звонок:
— Андрей привет. Что звонил?
— Привет, Руслан. Ты как смотришь на то, чтобы завтра подлечить детей?
— Нормально. Во сколько и где говори.
— В девять часов. В центре почти, адрес скину.
— Хорошо, буду.
— Спасибо. Тогда до завтра.
На второй пропущенный не хотелось перезванивать, но смысла откладывать не вижу. Пора уже узнать из первых уст:
— Вика, слушаю тебя.
— Здравствуй Руслан. Что так официально?
— А ты как хотела? С похоронами закончила надеюсь.
— Да, всё уже. Я что звонила то… Руслан, я замуж выхожу.
— Во как. А жениха случайно не Серёжа зовут?
— Да.
— Как-то быстро ты про меня забыла, ты хоть объясни.
— Понимаешь Руслан. Мы с Сергеем дружили ещё когда учились вместе. Можно сказать что это моя первая любовь.
— А то, что было между нами, можно смело спустить в унитаз, так?
— Руслан, мне было очень хорошо с тобой. Но ты пойми, я не вижу себя рядом с тобой в будущем.
— Можно конкретики, чтобы я понял.
— Что у нас с тобой было, кроме секса? Я тебе всегда буду благодарна за лечение. Но у нас очень разное мировоззрение. Кроме постели и поговорить не о чем.
— А с Серёжей есть о чём?
— Конечно. Он же тоже банковское дело закончил. Сейчас в Питере работает в банке. Меня с собой позвал, пообещал и в банк устроить. Так что я прилечу в Новосибирск и буду продавать квартиру. Буду переезжать.
— Неужели вся проблема в финансах?
— Нет конечно. Мне интересно опять в банке работать, перспективы большие.
— Какие знакомые слова то. Серёжа значит более перспективный.
— А что мне с тобой делать? Ты обещал, что я буду коммерческим директором, а в итоге ничего.
— Серёжа случайно не женатый?
— Был женат. Сейчас документы на развод подал. Он меня любит, и я его.
— Ясно с тобой. Это всё?
— Нет. Как продам квартиру, я тебе деньги верну, которые ты мне в дорогу дал. Обещаю.
— Обещает она… Вика, пусть это будет моим свадебным подарком.
— В любом случае мне нужно будет к тебе заехать, вещи свои забрать.
— Вика, я все твои шмотки отвезу к Веронике в салон. Там их заберёшь.
— Ну да, это будет лучше. Ты только не обижайся на меня, хорошо?
— Без проблем. Только у меня будет к тебе всего одна просьба.
— Какая?
— Не звони мне больше. Никогда.
— Но…
— Ты меня услышала? Никогда.
— Хорошо. Прощай.
В трубке раздались короткие гудки, кладу телефон на стол. Вот и поговорили, опупеть не встать. Как так получилось, а хрен его знает. Уже не удивлюсь, что может и похорон никаких не было. Всё-таки мой Шёпот работает как-то не так, или я чего не пойму. На душе конечно кошки не скребут, как в тот раз. Но осадочек остался. Да кому я вру? Дерьмо, сплошное дерьмо. Как мне в своё время говорил Саня, когда появляется проблема: подними руку и резко опусти вниз со словами «да и хрен с ним».
Поднимаю руку, вдох-выдох, бросаю вниз:
— Да и хрен с ней. Умерла, так умерла…
Глава 37
26 января.
Сегодня на ногах был уже в 5 утра, лёг раньше и проснулся раньше. После мыльно-рыльных процедур и готовки утреннего кофе перебрался на остров. Рассвет ждать ещё долго, но находится дома не было никакого желания. С налобным фонариком на голове и шезлонгом с кофе в руках я оказался на поляне. Камней прибавилось, видно мужики ещё раз катались на берег. Поляну освещал один прожектор, работающий в полной тишине, нормально значит станция подзарядилась за вчера. Подходить к домику строителей не стал, пусть отдыхают, сразу направился на берег.
Пройдя новую дорогу, бывшей ещё три дня назад незаметной тропинкой, вышел на пляж и замер. Метрах в ста от меня у кромки воды в темноте ярко светят фонари, освещая воду и стоящих в ней две фигуры. Первое желание было выключить свой фонарик, но сообразил, что это могут быть только мои таджики. На всякий случай закрутил силу и пошёл на свет.
Подошёл ближе и смог услышать возбуждённые голоса моих строителей на таджикском языке, убрал энергию обратно в очаг. Проблема в понимании таджикской речи развеялась, когда смог разглядеть, что Илхом с Мишей стояли с удочками, а Бурон светил в воду фонарями.
— Доброе утро не спящим! — гаркаю я, а Бурон от испуга подпрыгивает на месте, чуть не выронив фонарики из рук.