Дедушка Кузя научил меня старым правилам преступного поведения, которые в последнее время, как он видел, менялись у него на глазах. Он был обеспокоен, потому что, по его словам, такие вещи всегда начинались с мелких деталей, которые казались тривиальными, но конечным результатом была полная потеря идентичности. Чтобы помочь мне понять это, он часто рассказывал мне сибирскую сказку, своего рода метафору, призванную показать, как мужчины, ведущие неправильный образ жизни из-за того, что их сбили с пути истинного, в конечном итоге теряют свое достоинство.
История была о стае волков, которые попали в беду, потому что им целую вечность нечего было есть. Старый волк, который был вожаком стаи, попытался успокоить своих товарищей — он попросил их набраться терпения и ждать, потому что рано или поздно появятся стада диких кабанов или оленей, и тогда они смогут охотиться сколько душе угодно и наконец-то наполнят свои желудки. Однако один молодой волк не был готов ждать и начал искать быстрое решение проблемы. Он решил покинуть лес и пойти попросить у людей еды. Старый волк попытался остановить его. Он сказал, что если он примет пищу от людей, то изменится и больше не будет волком. Но молодой волк не слушал. Он прямо ответил, что если вам нужно набить желудок, бессмысленно следовать строгим правилам — важно его набить. И он направился в сторону деревни.
Люди кормили его своими объедками, когда он просил. Но каждый раз, когда молодой волк набивал желудок и думал о том, чтобы вернуться в лес, чтобы присоединиться к остальным, его клонило в сон. Поэтому он откладывал свое возвращение до тех пор, пока в конце концов полностью не забыл жизнь стаи, удовольствие от охоты и волнение от того, что делит добычу со своими товарищами.
Он начал ходить на охоту с мужчинами, помогать им, вместо волков, с которыми он родился и вырос. Однажды, во время охоты, мужчина застрелил старого волка, который упал на землю, раненый. Молодой волк подбежал к нему, чтобы отвести его обратно к хозяину, и пока он пытался вцепиться в него зубами, он понял, что это был его старый вожак стаи. Ему было стыдно, и он не знал, что сказать. Именно старый волк заполнил тишину своими последними словами:
«Я прожил свою жизнь как достойный волк, я много охотился и делил добычу со своими братьями, так что теперь я умираю счастливым. Но ты проживешь свою жизнь в позоре и одиночестве в мире, к которому ты не принадлежишь, ибо ты отверг достоинство свободного волка, чтобы иметь полный желудок. Ты стал недостойным. Куда бы вы ни пошли, к вам будут относиться с презрением; вы не принадлежите ни к миру волков, ни к миру людей… Это научит вас тому, что голод приходит и уходит, но достоинство, однажды утраченное, никогда не возвращается.»
Эта заключительная речь была моей любимой частью рассказа, потому что слова старого волка были истинным воплощением нашей криминальной философии, и когда дедушка Кузя произносил эти слова, он отражал в них свой собственный опыт, свой способ видения и понимания мира.
Эти слова пришли мне на ум несколько лет спустя, когда поезд вез меня в колонию для несовершеннолетних. Охранник решил раздать всем несколько кусочков салями. Мы были голодны, и многие с жадностью набросились на эту колбасу, чтобы проглотить ее. Я отказался от нее; мальчик спросил меня почему, и я рассказал ему историю о недостойном волке. Он меня не понял, но когда мы добрались до места назначения, охранник, который раздавал салями, объявил на главном дворе перед всеми, что перед тем, как раздать его нам, он окунул его в унитаз.
В результате, согласно уголовному кодексу, все те, кто ел это, были «испорчены» и, следовательно, попадали в низшую касту преступного сообщества, и их автоматически презирали все, даже до того, как они попадали в тюрьму. Это был один из трюков, который часто использовали полицейские, чтобы использовать уголовные правила как оружие против самих преступников. Эти трюки имели наибольший успех у молодежи, которая часто не знала, что честному преступнику не позволено ничего принимать от полицейского. Как говаривал мой покойный оплакиваемый дядя: