— Леша! — увидав, кинулся было к нему Вовка, но Лешка отвел мальчика в сторону, взял из его рук окурок и, бросив на снег, тщательно растер чесанком.
— С тобой после будет разговор, Вовка.
Лешка подошел вплотную к ватаге, оглядел вперивших в него глаза мальчуганов. Пацаны невольно попятились от свирепого незнакомца, а постарше, одного возраста с Лешкой, в свою очередь приняли угрожающие позы.
— А ну, кончай курить! — приказал Лешка.
— А ты что за командир? Гляньте, пацаны, рыжий какой нашелся!
Лешка оскалился, взял за грудки выскочку и, одним ударом сбив его с ног, схватил с кирпичного тротуара камень.
— А ну тикай, гады!
Не ожидавшие такого натиска мальчишки отошли дальше, а мелюзга разбежалась. Сбитый Лешкой мальчуган, держась за щеку и подвывая, спрятался за деревья.
— Я таких, как вы, знаешь, сколь гробил? — похвастался Лешка. — А ну мотай все отсюдова! Мотай, говорят, пока живы! — заорал он, замахнувшись на ребят камнем.
А когда разбежались пацаны, вернулся к Вовке.
— Вот так, брат: хочешь со мной дружить, давай лапу. Не хочешь — прощайся со своей мирной житухой. Так же буду дурь вышибать, как этим. А то еще перо в бок — и в жмурики, понял?
— Не понял, — промямлил не в шутку струсивший Вовка.
— А вот… — Лешка спокойно вынул из кармана складной ножичек, отцовский подарок, развел… и схватил Вовку, занес над ним блеснувший в воздухе нож.
— А-а!! — благим матом заорал Вовка.
Лешка отпустил перепуганного насмерть мальчика.
— Вот это и есть перо в бок, понял? А насчет жмурика ты уж сам, парень, додумай. Даешь лапу?
— Даю, — поспешил протянуть руку Вовка.
— Лады. А еще увижу тебя с этими — заказывай доски. — Он звонко шлепнул по протянутой ему ладони, тряхнул и сказал уже совсем мирно: — Ну все! А теперь домой, Вовка. Да гляди, матери помогай, не дури, понял? Бывай, брат!
Отойдя, еще раз обернулся, окрикнул:
— Вовка, я к тебе завтра приду! Бывай!
Лешка всерьез решил заняться отбившимся от рук Вовкой. Заходил поиграть, водил в кино, а в выходной притащил с собой новые лыжи и попросил Клавдию Ивановну отпустить с ним за город Вовку.
— Конечно, Леша! Вова с тобой совсем другим стал, — обрадовалась Клавдия Ивановна.
На этот раз Лешка не прыгал в кузов попутной машины, а терпеливо дождался автобуса и, втолкнув в него с передней площадки Вовку (Лешка не терпел очереди), втиснулся следом.
На окраине города, на сбегающей вниз пустынной улице Лешка сам привязал Вовке к валенкам лыжи и предложил скатиться. Вовка трусил. На лыжах катался он еще в Горске да и то не с горы, а по ровному.
— Боюсь.
— Вижу. А думаешь, я не боялся? Боялся. Только нам дрейфить нельзя, Вовка, воробьи клевать будут, не то что там некоторые. И ты не бойсь. А ну крой, Вовка! — И толкнул не ожидавшего каверзы Вовку в спину.
Лыжи, набирая бег, понесли раскорячившегося Вовку с пригорка вниз, к тракту.
— Держись, парень! Держись! Здорово получается!..
Вовка уже подлетел к тракту, как вдруг вывернувшийся из-за угла грузовик шарахнулся от него в сторону, зацепил бортом и, отбросив в кювет, сам стал поперек тракта. Лешка оцепенел. Видел, как выскочившие из кабины люди кинулись к распластавшемуся на снегу Вовке, и, заорав, бросился со всех ног вниз, к тракту. Вовкино тело безжизненно повисло на руках водителя.
— Вовка!.. Прости!.. Прости меня, Вовка!..
Поздняков проводил совещание, когда на пороге появился запыхавшийся Лешка.
— Ты что, Леша? — удивился Поздняков столь внезапному визиту.
— Я к вам, Алексей Иваныч… Выйдите сюда, Алексей Иваныч, на минуточку…
Присутствующие на совещании переглянулись. Поздняков добродушно улыбнулся наивному мальчугану.
— Так подожди, у нас совещание.
— Нельзя, Алексей Иваныч, сейчас надо… Важно очень… Очень, Алексей Иваныч…
— Что ж, придется выйти. Продолжайте, товарищи.
Лешка увел Позднякова на лестничную клетку, убедился, что близко никого нет, тихо произнес:
— Вовку убили…
— Что?! — Поздняков обеими руками вцепился в мальчугана, затряс. — Как убили?!
— Не совсем убили, Алексей Иваныч… в больнице он… Это я виноватый, Алексей Иваныч… — Лешка сбивчиво объяснил Позднякову суть дела, мрачно добавил:
— Он все время папу звал… вас, значит. Не выживет он, Алексей Иванович…
…В палату к Вовке Позднякова не допустили. Клавдия Ивановна, оказавшаяся тут же в больнице, с трудом сдерживая рыданья, передала ему отказ врача дать хотя бы малейшую надежду на спасение.