– Да я вообще плохой мальчик, – хмыкаю. – Не связывайся со мной, научу плохому.
– Плохой… – растерянно смотрит перед собой в одну точку.
Я невольно любуюсь её профилем. Светлые волосы на фоне заката приобрели оттенок розового, мокрые от слёз ресницы медленно опускаются на щёки и быстро снова взлетают вверх, слегка курносый нос будто бы тоже поник от её настроения. Кто же тебя так обидел, девочка? Сердце упорно бьётся мне в рёбра, а душа требует обнимашек. Но я упорно игнорирую и того и другую. Нежной блонди нужен парень с такой же тонкой душевной организацией. И с деньгами. А я беден в обоих планах.
– Кто тебя обидел? – слова срываются с губ раньше, чем мозг успевает проверить исходящую информацию. Прикусываю язык, но поздно. Не надо привязывать её к себе излишней заботой. И так в самолёте уже дал маху.
Она снова вздрагивает, поворачивая ко мне своё лицо. На глаза снова набегают слёзы.
– Вот только не надо сырости, лягушки в нашем дворе будут мешать спать всем, – пытаюсь отшутиться, но водопад уже запущен и слёзы начинают литься по её щекам. – Приплыли.
Вздыхаю. Ну вот кто просил тебя, Сид? Не умеешь держать язык за зубами, вообще не открывай рот.
Нэнси уже уткнула своё лицо в ладони, поставив локти на колени. Плечи снова нервно подрагивают. Волосы упали вниз и закрыли мне обзор на её лицо.
– Нэнс… – я протягиваю руку, убирая прядь волос за ухо. – Расскажи хоть что случилось?
Мысленно прописываю себе леща. Зачем мне это знать? Чтобы ещё больше привязаться? Сегодня я думал, что больше никогда её не увижу. Но вот она здесь. Разбита, как мамина любимая ваза. А я готов хоть со стеной драться, лишь бы ей было не больно.
Она молчит, продолжая плакать, а я не знаю чем помочь. Хотя нет, знаю!
– Ну держись, американочка, – я вскакиваю с качели и приближаюсь к ней сзади, – устроим тебе американские горки!
Хватаю двумя руками спинку её качели и поднимаю вверх. Она вскрикивает, вцепившись двумя руками в железные прутья. С силой толкаю её вперёд, раскачивая. Хотя какие там силы? Полетела вперёд как пушинка. Качель возвращается, я снова толкаю.
– Сид! – кричит через некоторое время, – что ты делаешь?
– Качаю тебя, – снова толкаю вперёд.
– Останови!
– Только когда ты успокоишься.
– Останови немедленно!
Хватаю за спинку качели, останавливая наверху и тихонько опускаю вниз.
Нэнси соскакивает и подбегает ко мне.
– Ты! – тычет пальцем мне в грудь, разъярённо дыша. – Как ты посмел?
– Я всего лишь тебя покачал, – ухмыляюсь.
– Я не просила!
– Ты и в самолёте не просила.
Смотрю ей прямо в глаза. Меняется в лице. Кажется снова собирается плакать. Но меня так манят её эти голубые озёра. И губки пухлые…
Получаю удар в плечо и отмираю.
– Ты чего? – от удивления открываю рот, роняя сигарету на землю.
– Вы все козлы! – обиженно.
– Согласен, – киваю. – А можно подробности?
– Это не твоё дело! – отворачивается, собираясь уходить.
– Подожди, – ловлю её за руку. – То есть мы все козлы, а почему именно козлы, это не моё дело?
– Именно! – пытается вырваться. Но я так просто не сдамся.
– Я совсем не понимаю женщин, – вздыхаю. – Пояснишь?
– Нет. Отпусти.
Ну чего её держать? Сам же хотел такой реакции. Чтоб не привязывалась. Чтоб ненавидела. Отпускаю. Разворачивается, уходит. На полпути замирает, разворачивается и возвращается обратно.
– Сделай кое-что для меня.
– Что? – я опешил. Девочка-непредсказуемость. То отпусти, то сделай кое-что.
– Фото.
– Фото? – кажется, я начинаю её бояться. – Какое к чёрту фото?
– Пойдём на лавочку, – берёт меня за руку, прошибая током. Откуда у неё ток? Но она, кажется, совсем его не замечает и тащит меня к ближайшей лавочке.
– Садись.
Я покорно сажусь, а она начинает скидывать с ног кроссовки, а следом за ними и носки.
– Что ты делаешь? – я поднимаю одну бровь.
– Так надо! – закатывает штанины джинс и кладёт свои ноги мне на колени.
– Ну раз мы говорим так, то я требую объяснений! – пытаюсь казаться грозным, а сам боюсь дышать и борюсь с желанием прикоснуться к этим восхитительным ножкам.
– Ну я же сказала, что мне нужно фото, – подняла на меня свои глаза. – Это ответ для моих обидчиков.
– Тогда конечно пожалуйста… – пробормотал я, но она уже не слушала. Взяв мою руку, она положила её себе на лодыжку, прямо над маленькой татуировкой с её именем. – Нэнси… – произношу одними губами, читая надпись, проводя по ней большим пальцем.
Она уже успела сделать несколько фото с разных ракурсов, пока я любовался её ножками.