Гнилой компании. Ха. Как метко.
– Не лебези. Давай по существу.
– Ну короче, Макс сказал, что это заказ.
– Какой? От кого? Можно точнее?
– Честно, я точнее не знаю. Он только сказал, что нам обещали много денег. Очень много денег, – развёл руками в сторону, имитируя мешок. – Но мы должны были выполнить задания в последовательности. Сначала посадить тебя, а потом выкрасть девчонку. Но в последствии ты стал не важен, только она.
– И чем же это я им не угодил? – ухмыляюсь.
– Я не знаю. Честно. Сказали вотпрямщас девчонку нам подавай и пришлось действовать.
Сука!
Я ударил кулаком в стену над головой Эмиля. Он прикрылся руками.
– Сид, я всё расскажу… Всё, что знаю…
Я выдохнул, стараясь взять себя в руки. Сердце стучало, будто я кросс бежал, отбивая пульс прямо в ушах.
– Говори! – прорычал я.
– Так я и рассказываю. Мы её усыпили и привезли в какой-то коттедж на отшибе. Я когда уезжал, забил в навигаторе точку, она сохранилась. Вот, посмотри…
Дрожащими руками он протянул мне свой смартфон. Я взглянул на координаты и вбил их себе в навигатор. Не ближний свет, где-то далеко за городом. Но это уже большой плюс Эмилю. Он почти себя реабилитировал в моих глазах.
– А Наська эта кто? – спросил я, протягивая ему его телефон.
– Девчонка из другого приюта. Её несколько раз брали разные семьи и возвращали обратно, не приживалась там она… Макс её привёл и сказал, что она заменит настоящую Нэнси на первое время, а потом просто уволится из компании и поссорится с родителями. И типа уедет. Никто и не заподозрит, что она пропала. Ну а ей самой достанутся документы с американским гражданством и она вообще в шоколаде.
– А зачем вообще нужно было красть Нэнси?
– Чтоб требовать выкуп с её папаши. Он какая-то очень богатая американская шишка.
– По моим данным он банкрот.
– Пффф… Нет. Не банкрот и даже не на грани. Цветёт и пахнет.
– Ясно.
Я развернулся на сто восемьдесят, собираясь покинуть гараж.
– Сид! – прилетело мне в спину.
– Что? – я обернулся.
– А что ты собираешься делать с этой информацией?
– А это уже не твоего ума дело, Эмиль. Мой тебе совет – беги. Беги так далеко, чтобы ни Макс, ни менты не смогли тебя найти.
– Что будет-то теперь? – разбитая нижняя губа парня задрожала.
– Либо тюрьма, либо могила.
– Тюрьма. Я согласен на тюрьму.
– Тогда ползи к Стрекольникову и сдавайся ему. Он покумекает как тебе помочь.
Я зашагал к выходу.
– Сид!
– Да что ещё?
– Прости меня…
Дебил!
– На умственно отсталых нет смысла обижаться.
Вышел, хлопнув дверью.
Глава 27. Теперь точно горькая правда
Теперь я всё знаю. И не понимаю есть ли смысл мне вообще жить дальше? Сижу на матрасе, уставившись невидящим взглядом в стену.
Всё обман. Вся моя жизнь обман. Иллюзия семьи, любви и стабильности. Я стала пешкой в игре людей, боящихся за своё благополучие. Разменная монета. Обо мне тогда не подумали. Конечно, зачем считаться с чувствами едва появившегося на свет младенца?
Этот подвал оказался совсем не звукоизолирован. И я слышала разговоры своих похитителей. Сначала они были похожи на мерное жужжание телевизора в соседней комнате, к которому ты обычно не прислушиваешься. Потом становились всё громче. Они ругались между собой и по телефону. Из этих громких слов я поняла, что отец не собирается платить за меня выкуп. И совсем не потому, что он обанкротился. А как раз наоборот. У него всё пошло в гору, он богат и счастлив, только вот я не его дочь. Оказывается, он тайком сделал тест ДНК, когда у него возникли сомнения. Получается, что всё это время меня растил и воспитывал совершенно чужой человек. Поэтому он так легко избавился от меня, едва мне исполнилось восемнадцать.
Единственное, чего я не могла понять, это почему мама отдала меня ему на воспитание, если знала, что я не его родной ребёнок?
Я делаю для себя не утешительные выводы, хоть и пытаюсь найти оправдание для своей матери. Самое приятное из них то, где она хотела лучшей жизни для меня и поэтому отправила меня за границу. Но и оно притянуто за уши. Отправила с чужим человеком. С чужим.
Дверь со скрипом открывается и я, вздрогнув от неожиданности, выплываю из своих мыслей. На пороге один из похитителей. Пожалуй, самый приятный из всех. Никогда не угрожал, лишний раз мог принести мне воды и иногда даже шоколадку.
– Привет, – хмуро поздоровался он.
По его лицу видно, что ничего приятного он мне не скажет. На улице послышались звуки заводящихся моторов, а его лицо стало ещё смурнее.