А тем временем звезда Лекси продолжала восходить. Никто уже не помнил о скандале с гнусными снимками, изгнавшем ее из «Крюгер-Брент». Теперь при виде Лекси люди вспоминали о ее стойкости. Умении держаться. Неизменном успехе в делах. Никто не говорил это в лицо Максу, но шепотки за его спиной иногда оглушали.
– Мы допустили ошибку. Нельзя было избавляться от нее. Лекси – способная волевая женщина. Макс – тряпка и глупец. Мы поставили не на ту лошадь.
Ко времени встречи с Аннабел Макс уже сильно пил. В свои тридцать пять он выглядел на десять лет старше. Внешность заметно портилась.
Аннабел Савари, очень красивая девушка, была на пятнадцать лет младше Макса и имела все, чего не имел он: здравый смысл, здоровье, душевное спокойствие. Дитя любви и безмятежно счастливого союза (отцом Аннабел был английский лорд, матерью – американка и светская львица), она приехала в Нью-Йорк стажироваться в «Кристи». Макс встретил ее на аукционе. Ему не удалось купить картину Констебля, за которую он яростно торговался. Зато в этот день он покинул аукционный зал с гораздо более ценным призом.
Аннабел Савари любила Макса точно такой же любовью, как когда-то Триггера, своего пони. Все твердили Аннабел, что Триггер слишком стар, упрям и зол, чтобы ходить под седлом. Но девятилетняя девочка отказывалась сдаться. Триггер, по ее мнению, был красивым, умным и резвым животным. Терпеливо снося бесчисленные укусы, удары копытом и другие выражения неудовольствия, Аннабел превратила Триггера в послушную лошадку с прекрасным характером. Он умер, когда Аннабел было восемнадцать. Но к тому времени успел завоевать все мыслимые и немыслимые призы на скачках пони и на весь Дербишир славился преданностью молодой хозяйке.
Аннабел была так же непоколебимо уверена, что Макс изменится, как сам Макс – в ее неправоте. Она просто не имела понятия, какой покорной марионеткой он стал в руках матери.
Зато Ив торжествовала. Она полностью одобрила кандидатуру Аннабел, считая девушку слишком молодой и наивной, чтобы представлять какую-либо угрозу ее влиянию.
– Женись на ней поскорее, пока она не передумала. И сделай ей ребенка.
Макс послушался и на этот раз. Свадьба прошла как в тумане. Позже, разглядывая фотографии, он удивлялся, обнаружив на них себя. Все, о чем он был способен думать по пути в церковь, – появится ли Лекси (она не приехала) и сколько пройдет времени, прежде чем гнев матери снова обрушится на него?..
Макс знал, как сильно Ив хочет внука. Аннабел мечтала о том же, хоть и по другим причинам. Но Макс оказался бессилен в постели. С Лекси он позволял себе все. Для него Ив и Лекси каким-то образом слились в единое существо, мать-возлюбленную: воплощение его самых тайных, самых темных фантазий. Лекси позволяла ему изливать в свое тело ярость и отчаяние. Она знала его буйную, дикарскую, неукротимую сущность. Знала и хотела все, что он мог ей дать. Содомия, насилие, сексуальное рабство, – извращениям не было границ. В постели с Лекси Макс мог питать того зверя, что сидел внутри. Но Аннабел не должна узнать об этом чудовище. Она чиста и прекрасна. Макс не смеет запачкать эту чистоту. Покрыть позором единственную в его жизни богиню.
Только упрямое, сверхчеловеческое терпение Аннабел спасло их брак. Спустя шесть ужасных, унизительных месяцев без поцелуев, ласк и секса она взяла дело в свои руки. В буквальном смысле слова. Как-то ночью, игнорируя протесты Макса, она стала ласкать его вялый пенис. Ничего не произошло.
– Я твоя жена, Макс. Я – женщина. Войди в меня!
– Прекрати! – брезгливо бросил Макс, ненавидевший, когда она так говорила.
– Не прекращу. С меня довольно!
– Иисусе, Аннабел! Я не могу поднять его по команде, ясно?
Она взяла его в рот, и Макс против воли почувствовал, как твердеет плоть. Образы, ненавистные, мерзкие образы матери и Лекси, вползали в его мозг, как сточные воды.
– Пожалуйста, остановись, – уже тише попросил он.
Но Аннабел не остановилась.
Оседлав мужа, она ввела в себя его член и стала подниматься и опускаться, сжимая его внутренними мышцами, до тех пор, пока Макс, громко всхлипнув, не кончил. Потом он несколько часов рыдал в ее объятиях.
Этой ночью Аннабел поняла, что ее муж болен.
Этой ночью она зачала сыновей-близнецов.
Прежде чем подняться с постели, Макс подождал, пока дыхание Аннабел не стало ровным. Таблетки лежали в ванной. Он проглотил целую горсть, плеснул в лицо холодной водой. Из зеркала на него смотрело зеленоватое, как у привидения, лицо.