– Кажется, да, – нерешительно произнес Робби. – Проигрывать – хорошо, выигрывать – плохо.
– А по мне, так это дурацкая игра, – проворчала Лекси.
Настроение у нее было хуже некуда. Обычно она любила, когда Робби оставался ночевать: слишком редко они его видели. Он благотворно, успокаивающе действовал на бурные отношения Лекси и Гейба. Напоминал о том, что их любовь глубже глупых ссор и повседневного соперничества. Но сегодня даже Робби не мог поднять ее дух.
Все утро Лекси беспомощно наблюдала, как цена за акцию «Крюгер-Брент» поднимается почти на двадцать пунктов. Много лет она втихомолку вела свою стратегию «Дженга», покупая через анонимные фиктивные компании предприятие за предприятием, принадлежавшие ранее «Крюгер-Брент». Она считала, что стоит только удалить нужный блок в нужное время – и все сооружение рухнет само собой. Макс потерпит крах, а она, Лекси, вернется в ореоле славы и восстановит былую репутацию компании.
Но этого не произошло. «Крюгер-Брент» была подобна гигантскому осьминогу. Стоило отсечь одно щупальце, как на его месте тут же вырастало другое. Пока что выигрывал именно Макс. Ублюдок брал над ней верх!
Проиграв две партии подряд, она не выдержала:
– Что за бред! Кто и когда слышал об игре, в которой нельзя выиграть?!
Робби рассмеялся. Ему очень нравилось негодующее лицо сестры. Именно так она выглядела в шесть лет, проиграв в «змейки и лесенки». Тогда она кричала, что хочет немедленно отыграться.
– Почему же, можно. Но выигрыш достигается путем проигрыша.
– Есть еще одно правило, – вдруг заявил Гейб. – Я не назвал его, потому что на практике такая ситуация никогда не складывается. Но если каким-то образом вы собрали всю червовую масть и Черную Марию, тогда есть выбор: либо наполовину уменьшить количество своих штрафных очков, либо удвоить штрафные очки противника.
Лекси промолчала. Но через несколько минут плохого настроения как не бывало. Пересев поближе к Гейбу, она обняла его и поцеловала.
– Давайте играть! Чья очередь сдавать карты?
Робби увидел, как просияло лицо Гейба.
– Что это с тобой?
– Ничего. Я люблю тебя, вот и все.
Ночью Лекси и Гейб занялись любовью, впервые за несколько недель. Последнее время Лекси была так занята работой, что почти не замечала Гейба. Но сегодня она наверстывала упущенное время. Ласкала и дразнила его, пока он не взмолился, упрашивая Лекси впустить его, шепча клятвы вечной любви.
Потом Гейб крепко уснул.
Но Лекси лежала без сна, слишком возбужденная, чтобы закрыть глаза.
Наконец, наконец, наконец она поняла, что нужно делать. Идею ей подал Гейб.
Теперь она знает, как получить обратно «Крюгер-Брент».
Лайза Дженнер, горничная Ив Блэкуэлл, расчесала длинные седые волосы хозяйки и прислушалась. Старуха снова бредила:
– Рори любил меня. Знаешь, он собирался жениться на мне. Но потом этот негодяй обманул меня! Дождался, пока я лежала беспомощная, без сознания, и сделал это.
Ив провела по лицу сморщенной рукой со вздувшимися венами, лихорадочно ощупывая шрамы.
– Что за человек, мадам?
Лайза работала у мисс Блэкуэлл всего месяц, но уже привыкла к ее безумным выходкам.
– Мой муж, конечно! – отрезала Ив. – Макс.
– Ваш муж мертв, мадам. Погиб. Произошел несчастный случай. Много лет назад. Макс – ваш сын. Помните?
Ив нахмурилась.
Макс – ее сын? Ее сын?
– Мой сын – глупец. Он уничтожает «Крюгер-Брент». Такой же слабак, как его отец.
Лайза свернула волосы Ив в тугой узел, заколола шпилькой из слоновой кости и закрыла ее лицо вуалью.
– Ну вот, теперь все в порядке – жизнерадостно объявила она. – Макс вместе с доктором Маршаллом ждет вас в гостиной. Хотите, чтобы я отвела вас туда?
– Нет! – пронзительно вскрикнула Ив. – Мое лицо! Не позволяйте ему касаться моего лица! Он не доктор! Он маньяк!
– Все в порядке, Лайза. Я сама справлюсь.
Аннабел настояла на своем приезде сюда. Она не оставит мужа. После очередного визита к матери он вернулся домой в ужасном состоянии, едва не доведенный до нервного срыва. Больше она такого не допустит.
– Пойдемте, Ив. Доктор Маршалл ничего плохого вам не сделает.
– Кто ты?
– Я Аннабел, жена Макса. Мы приехали, чтобы поговорить с доктором. И привезли ваш любимый копченый сыр.