С того вечера в «Савое», когда она встретилась с Томми Лайоном, Саммер прекратила расследование аварии. Чувства по этому поводу были настолько противоречивы, что продолжение расследования казалось пустой тратой времени. Она не была готова покинуть Англию, полностью отвернуться от Майкла. Но во всех других отношениях – решила принять совет матери и сосредоточиться на своей жизни, своем будущем. Майкл вел себя как эгоист. Почему она должна приносить себя в жертву, пытаясь восстановить для него справедливость.
Томми Лайон глубоко ее ранил, но вынудил также понять и принять несколько фактов. Майкл не идеален. Более того, если Саммер обнаружит истину о его аварии, Майкла это не вернет.
Но сейчас, застряв в очередной пробке, уставшая и с документом в руках, она почему-то сгорала от любопытства. Она будет недалекой дурой, если проедет мимо «Дрейк моторз», даже не остановившись. Кто знает, когда она еще будет в этих местах?
Сэр Эдвард Мэннинг поразился, услышав голос Алексии де Вир.
За месяцы, прошедшие после отставки миссис де Вир, Эдвард почти забыл кошмар, в который тогда превратилась его жизнь. Садистские угрозы Сергея Милеску, облако ужаса, постоянно над ним висевшее, узел тревоги, день и ночь сжатый в груди, как кобра, готовая ударить…
Что до жуткого зрелища человека в ванне, с плавающими вокруг вздутой головы кишками, подобными уродливым сосискам… Эдвард до сих пор видел это в кошмарных снах. Но убеждал себя, что все закончилось. Отставка Алексии случилась слишком поздно: Сергей уже успел вызвать недовольство заказчика. Но этим спас жизнь Эдварду Мэннингу.
Полиция, нашедшая тело Сергея, приходила в палату лордов, чтобы допросить слуг. Очевидно, способ наказания был присущ русской мафии. Но никто не знал, каким образом связан румынский гражданин с русскими. И уж точно никто не знал о его странной дружбе с сэром Мэннингом.
Кевин Ломакс имел свои сильные и слабые стороны, как босс и министр внутренних дел. От сэра Эдварда не ускользнуло, что первым его распоряжением была отмена того налогового законодательства, которое угрожало богатой русской элите, живущей в Лондоне. Но секретарь решил ничего не замечать. Появление Ломакса в министерстве означало для него период покоя и безопасности.
Голос Алексии в телефонной трубке мгновенно разрушил это ощущение.
– Простите, что беспокою вас в уик-энд. Но я бы хотела просить вас об одолжении.
– Конечно, – раздраженно бросил сэр Эдвард. – Хотя не вижу…
– Мне нужна информация.
Красноречивое молчание.
– Очень щекотливая информация. Я пойму, если откажетесь.
– Продолжайте.
– Хочу знать все, что вы раздобудете на человека по имени Майло Бейтс.
«Ничего общего с Россией. Или Ломаксом. Или убийством Милеску».
Сэр Эдвард с облегчением вздохнул:
– Майло Бейтс…
Имя было знакомым, и он довольно скоро все вспомнил.
– Ах да! Партнер Уильяма Хэмлина. Вы об этом? Он же исчез?
Алексия явно впечатлилась, хотя и не удивилась. Банк памяти у Эдварда был больше, чем в Британской библиотеке.
– Совершенно верно. Я бы хотела также получить список неопознанных тел, найденных в регионе Нью-Йорка в тот год, когда Майло пропал.
На этот раз молчание длилось дольше. Алексия затаила дыхание. Но наконец он сказал:
– Подумаю, что можно сделать. Как мне с вами связаться?
«Дрейк моторз» было более дорогим и элегантным заведением, чем гараж «Сент-Мартин» в Уолтемстоу. Передний салон мог похвастаться мраморными полами, фонтаном и наглой секретаршей за стойкой приемной, копией Виктории Бэкхем. Он был забит самыми дорогими спортивными машинами от «бугатти» последней модели до «ягуаров» и «бентли» в винно-красных и зеленых тонах. Саммер немедленно почувствовала себя чужой и неуместной в своей пропотевшей футболке, джинсах и кроссовках. Мало того, она не была уверена, что попала именно туда. Ни одного мотоцикла! Возможно, на АЗ есть другой салон «Дрейк моторз»?
– Чем могу помочь?
К ней подошел красивый мужчина средних лет в дорогом костюме и с выговором человека образованного. Менеджер скорее всего. В отличие от секретарши он казался приветливым и ничуть не оскорбленным неуместной одеждой Саммер.
«Слишком долго занимался продажей роскошных машин, чтобы судить о книге по переплету или о возможностях потенциального покупателя по потертости джинсов».
– Надеюсь, что поможете. Мой друг получил в подарок мотоцикл. Примерно полтора года назад. Куплен в вашем салоне. «Дукати панигале».
Говоря это, она все сильнее краснела. Глупо ненавидеть неодушевленные предметы, но с тех пор как Томми Лайон проговорился, что байк – это подарок любовницы, она так яростно возненавидела его, словно злейшего врага.
– Видите ли, – вежливо начал менеджер, – мы продаем не так много байков. Я бы, возможно, вспомнил тот случай, если бы вы назвали мне имя покупателя.
– В том-то и дело. Я знаю имя друга, и у меня есть сертификат продажи. Но не знаю, кто платил за байк.
Она показала менеджеру документы. Он почти сразу понял, кто был владельцем.
– Де Вир? Это не тот де Вир? Сын министра внутренних дел?
– Верно.
Она ожидала выражений сочувствия, но вместо этого наткнулась на враждебный взгляд.
– Как вы это раздобыли?
Вся его приветливость мигом исчезла.
– Вы журналист? Если вынюхиваете здесь что-то скандальное, ничего не выйдет. Все наши продажи проверены и перепроверены, ясно?
– Собственно говоря, я действительно журналист, – обозлилась Саммер, ненавидевшая манеру британцев ставить журналистов в один ряд с педофилами и убийцами. Можно подумать, не все они покупали газеты и смотрели телевизор! – Но я здесь не на работе. Я девушка Майкла де Вира. И не ищу скандала. Только информации. Возможно, в байке был дефект.
– Когда он выезжал отсюда, не было никаких дефектов.
– Не могли бы вы посмотреть, кто оплатил счет? Это все, что я хочу знать.
Менеджер немного смягчился. Если она действительно подружка Майкла де Вира, трудно ей приходится.
– Не знаю, – ответил он. – Вполне возможно, что документы сохранились. Идите за мной.
Саммер последовала за ним через мраморную арку в тесный офис в боковой части здания, где за компьютером сидела куда менее гламурная секретарша в полиэстровом костюме от «Некст».
– Дата покупки? – спросил менеджер.
– Примерно между первым июня и двадцатым июля прошлого года.
– Карен, – попросил менеджер, – проверьте эти даты. Ищите мотоцикл «дукати панигали».
Постучав по клавишам, секретарь весело объявила:
– Ага! Вот! Двенадцатого июля. Заплачено полностью. Банковским переводом.
– А имя? – с надеждой спросила Саммер.
Снова перестук клавиш.
– Нет. Боюсь, что нет. Только номер счета и код СВИФТ. «Ситибанк», Цюрих.
Разочарование было так сильно, что она согнулась, словно от удара.
– Все равно спасибо за помощь.
Менеджер отдал документы.
– Простите за ту сцену, – смущенно произнес он. – Я неправильно понял.
– Все в порядке.
Саммер вышла из офиса и уже почти добралась до машины, но тут подбежала секретарь.
– Мисс! Мисс! – пропыхтела она. – Он был красным, тот байк? Вроде гоночного?
– Верно, – кивнула Саммер.
– Я его помню! – торжествующе объявила секретарь. – И помню покупательницу. Это была женщина. Сама за ним приехала.
– Можете описать ее?
Секретарь задумалась:
– Американка. Темные волосы. Хорошенькая.
Сердце Саммер заколотилось:
– А возраст?
– Средних лет, полагаю, – пожала плечами секретарь. – Ни молодая, ни старая.
– Но она не назвала себя?
– Нет. Но сказала что байк – подарок. По-моему, для ее сына. Но это неправда, верно? Если он сын Алексии де Вир.
Голова Саммер неприятно кружилась.