– Я вижу, вы понимаете, – сказал Гарри. Лоуренс явственно пожелтел, но всё ещё выглядел больше сбитым с толку, чем напуганным. Медленнее схватывает. Гарри обратился к Аннабет, которая, по всей видимости, была мозгом операции (если можно так выразиться) и лидером их дуэта. – Итак, похоже, вы пытались убить Сэмми, с которым у вас в прошлом были конфликты. Вы находились под действием оглушающего проклятия около пяти часов, так что у меня было время поговорить с вашей жертвой, вашим директором и директором Диггори из ДМП.
Гарри захлопнул книгу немного сильнее, чем было нужно.
– В вашем возрасте меня крайне оскорбляло, что никто не снисходил до того, чтобы иметь дело со мной лично, пока я сам не добивался этого. Поэтому позвольте мне говорить прямо: вы даже не способны пока осознать масштаб совершённого вами идиотизма. Несмотря на то, что ваш план был крайне ненадёжным, вы решили, что будет умно с его помощью подставить однокурсника – мальчика, невольно втянутого в тёмные дела его семьи, его братьев отчислили за их действия, однако сам он не сделал ничего плохого.
Гарри встал, опершись руками на стол, и теперь смотрел на двух учеников своими холодными зелёными глазами сверху вниз.
– Вы называете себя «Серебряными слизеринцами», но я задаюсь вопросом, представляет ли эта маленькая фракция из себя хоть что-то в отсутствие Драко. Однажды он сказал мне, что всё дело в чистоте истины – он осознал, что нет ничего важнее истины, даже когда строишь интриги, ибо, если ты не знаешь правды о мире, ты не можешь влиять на него, какими бы невероятно эффективными ни были твои планы. Вот почему важна и инструментальная рациональность – действовать, исходя из истины, – и эпистемическая рациональность – знать, что есть истина. И то, и другое необходимо, если вы хотите, чтобы всё происходило так, как нужно вам.
Лоуренс наконец совладал с собой. Гарри почти чувствовал, как тот пытается подавить тошноту и найти выход. Мальчик выпрямился в кресле, поднял подбородок и сказал:
– Но именно по этой причине мы и действовали… Мы знали правду, и действовали в соответствии с ней. Меровени-Боулс плохие, и…
– И вы хотели, чтобы ваш враг был наказан за что-нибудь, раз его не наказали за то, что он сделал. Так что же он в действительности сделал, мистер Бредвиан? – голос Гарри был теперь таким же холодным, как его глаза.
– Он и его семья пытались убить Турма, только потому, что стыдились поступков своего отца – стыдились своего брата-полукровки. Они пытались убить его, – сказал Лоуренс. Мальчик начал вставать со своего места, негодование придавало ему уверенности, – В Хогвартсе они крали ингредиенты для зелий из кладовых и оранжерей профессора Слизнорта и снабжали Лохматого Рункроуна и его эйфорическую сеть в Лютном переулке! Они пытались украсть Чашу Хельги Пуффендуй из поместья Смитов – и это было бы плохим поступком, даже если бы его совершили вы, сэр! Ещё Сэмми пытался убить меня на дуэли, когда мы с Аннабет остановили Меровени-Боулсов! Его брата и сестру отчислили, а он вышел сухим из воды только потому, что те взяли всю вину на себя! – Теперь Лоуренс стоял в полный рост, и Гарри пришлось выпрямиться и перестать облокачиваться на стол, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Возможно, ему стоит сделать себя выше. Аврор Кванон освободила поле зрения, сместившись в сторону, и достала палочку, однако держала её опущенной.
Лоуренс был разгневан до крайней степени, и как щитом отгораживался злостью от потрясения и страха. Ясные мальчишеские глаза сузились от ярости. Он вскинул руку и ткнул пальцем в сторону Гарри.
– И Сэмми никак не мог умереть, потому что я ждал внизу лестницы, чтобы поймать его с помощью Вингардиум Левиоса. Никто не видел этого, но Веритасерум может подтвердить мои слова. – Он опустил руку. – Я замедлил его падение и спас его жизнь. Но он должен был заплатить за то, что сделал. Я лишь восстановил справедливость.
– Сэмюель Меровени-Боулс происходит из неприятной семьи, но сам он, насколько мне известно, просто всюду таскался следом за старшими братом и сестрой, и его время от времени запугивали, чтобы он помогал. Допрос под Веритасерумом показал, что он лишь напуганный мальчишка из плохой семьи, который пытается выпутаться из всего этого… Совсем иная картина, если сравнивать с тем, что вы рисуете в оправдание своих действий. Этот ребёнок не заслужил жестокого избиения, не заслужил испытать, каково это – быть при смерти, даже если вам удалось остановиться за момент до казни. – Гарри смотрел на Лоуренса с холодным презрением. Аннабет согнулась, спрятав лицо в ладони, и тихо заплакала. – Вам крайне необходимо научиться проигрывать… Так вышло, что мне пришлось однажды выучить этот урок, но в данный момент у меня нет времени преподать его вам.