– Гилдерой Локхарт? Но с ним же всё в порядке… он недавно выпустил книгу… – заикаясь, проговорила Маргарет.
– Зачем я вообще трачу на тебя время! – Оставайся и рискни головой, твоё… – Нимуэ умолк, потому что увидел, что чучело совы на каминной полке расправило крылья и заухало. Не говоря ни слова, аврор Тауэра бросился к камину и исчез во вспышке зеленого пламени.
– Эдгар! – крикнула Маргарет. – Сова! – она не стала ждать ответа и сконцентрировалась на трёх основных принципах аппарирования. Пусть этот идиот и дурацкие производители эликсира Эйфории разбираются сами.
Годрикова Лощина, подумала она, чётко и ясно. Потом она дотронулась до своей головы чудным извилистым движением для активации аппарирования.
Ничего.
О, Мерлин, здесь закрыто. Они запечатали это место Противоаппарационными чарами. Она повернулась к камину. Это был путь наружу, несмотря на защиту… её главная цель.
– Эдгар! – она пронзительно закричала, подбегая к камину. – Она правда здесь!
Она схватила пригоршню Летучего пороха из горшка на каминной полке и бросила его в огонь, который сделался изумрудным.
– Горбин и Бэрк, – проговорила она, вступая в пламя. Она отправится в другое убежище и скроется через него.
Ничего.
– Они отрезали нас! – сказал Эразмус из-за её спины. – Ох… ох… что… ох… – он начал заикаться. Она повернулась и увидела, как высокий волшебник мечется по комнате, неуклюже упаковывая три больших коробки. За ним следовала четвёртая коробка, держась в воздухе на прозрачных серебряных крыльях. – Придётся выбираться по совиному ходу, – сказал он, указывая на узкое отверстие. Маргарет вышла из пламени.
Через ту же дверь, откуда появился Эразмус, в комнату вбежали ещё трое мужчин. Она узнала Джеффри Джема и двух его приспешников: поставщиков местным эйфорическим наркоманам. Джем был худым как жердь мужчиной с ужасными зубами – кривыми и жёлтыми – и редкими волосами. Все три зельевара были в рабочих халатах и несли ящик с позвякивающими бутылочками.
– Помоги, Эгги! – крикнул Джем.
Эразмус поставил свои ящики и указал волшебной палочкой на узкое отверстие для сов.
– Сейчас отправимся, Джефф, – сказал он.
Послышалось сильное громыхание, словно наверху, в заведении «Поныряй с крошками у Билли», уронили какую-то тяжёлую мебель.
– Нужно только снять защитные чары, и мы сможем пробиться на крышу, – сказал Эразмус, концентрируясь. Пока он работал, его покрасневшее лицо стало пунцовым, а на лбу проступил пот.
Сверху послышалось ещё одно сильное громыхание. Маргарет вдруг осознала, что так крепко сжимает палочку, что её пальцы заболели, и заставила себя расслабиться.
– Скорее, Эдгар!
– Предполагается, что они не должны сниматься так просто, – рявкнул он, стиснул зубы и сощурился, стараясь изо всех сил.
– Они не смогут прорваться сюда несколько часов… часы заклинаний остановят их от того, чтобы прорваться внутрь, – нервно пробормотал Джем. Маргарет чуть не рассмеялась ему в лицо.
Послышался третий удар, и он не только эхом прокатился по комнате под аккомпанемент ломающейся мебели, но мебель фактически сдвинулась с места. Маргарет повернулась к входной двери.
– Такое ощущение, как будто…
Дверь треснула, когда что-то ударило по ней с обратной стороны, древесина расщепилась снизу доверху. Один из приспешников Джема уронил ящик, и тот ударился о пол со звуком бьющегося стекла.
– О, Мерлин, – сказал мужчина, пошатнувшись на месте.
Сильный сладкий запах абиссинской смоковницы заполнил комнату.
Послышался ещё один удар, и сквозь дверь, выбивая щепки, проломился золотой кулак. Он разжался и ухватился за половину сломанной двери, тонкие золотые пальцы тянули древесину на себя, пока Маргарет не услышала, как металл петель завизжал и поддался. Остатки двери упали в стороны, проход открылся, и через него вошла Богиня. На её левой руке была золотая перчатка, а в правой руке она держала волшебную палочку. Металл перчатки ярко сиял, словно она была выкована из солнца. Всё выглядело очень опасно. Её сопровождали две ведьмы: одна хмурая, низкая, и другая, весёлая, более высокая – обе они тоже носили золотые перчатки, следом шёл мужчина в очках, который выглядел немного испуганным. За мужчиной летело Прытко-пишущее перо.