– Думаю, я могу смело заявить, что в ближайшее время не должно быть серьёзных проблем безопасности, – закончил Тауэр. Он повернулся к изображению, и его губы растянулись в улыбке. Это выглядело по-ребячески, словно он был мальчишкой, с жадностью уплетающим свою первую шоколадную лягушку. Казалось, будто весь разговор с американским журналистом был стёрт, и вместо него осталась лишь радость. – Мадам Амбридж?
Маленькая пухлая невыразимка – или она теперь исследователь в Тауэре? – подошла к Тауэру, всё ещё держа перед собой пузырефон. Она поднесла его ближе к уху, чтобы слышать то, что по нему передаёт (через Удлинённое Ухо и второй пузырефон) их человек на космодроме.
– Запуск начнётся в течение минуты, – радостно сказала она. – Монро будет выведен за границу атмосферы и останется там, двигаясь над Землёй с постоянной скоростью.
Пип всё ещё не мог на самом деле это представить. Он всё понял – Амбридж провела инструктаж для авроров Тауэра, после которого состоялась серия вопросов и ответов, на которой Грегор Нимуэ задавал всевозможные насмешливые и саркастические вопросы, а Амбридж отвечала ему с убийственной любезностью. Но одно дело по-когтеврански ухватить что-то, а другое – действительно понять это и быть в состоянии применять данное знание. Различие между тем, что ты планируешь и что можешь использовать в своих планах. Профессор Слизнорт дал название этим вещам, в своём напыщенном стиле: «познаваемые» и «применяемые».
Транслятор подошёл ближе к запускаемому аппарату, и беловатая ракета увеличилась, заняв всю стену.
– Мадам Богданова из Шичинин любезно согласилась сопроводить ракету, насколько позволит её Нимбус. Для прессы будут предоставлены соответствующие снимки, и будут новые данные… в том числе изображения Монро и нашего сферонавта.
– «Астронавта», – перебил мистер Поттер, поворачиваясь к ней и хмурясь. – Он астронавт.
– Сэр, я говорила об этом с несколькими магловскими исследователями и мадам Богдановой, после наших обсуждений космодрома, и все они согласились, что мы не хотим превозносить одну сферу магловского влияния над другой. Так что, вместо «астронавта» или «космонавта», мы решили использовать новый термин для обозначения магического исследователя небесных сфер.
– Но… – начал Тауэр.
– Все пергаменты уже напечатаны, – гадко улыбнулась Амбридж. – Извините, если привели вас в замешательство, Гарри.
– Сферонавт… – проворчал мистер Поттер, скрестив руки.
– На данный момент Монро представляет собой величайший пример сочетания магии и механики, аппарат построен на заказ, за ним следит команда профессионалов в Америке, но его груз состоит из нескольких устройств… самое главное – это специально изготовленный Исчезательный Шкаф. Дальнейшая постройка, новые спутники, и даже вывод в космос нашего сферонавта и его корабля будут простейшим делом благодаря парному Шкафу здесь внизу, в УПП. – Она замолчала, посмотрев на свой пузырефон. – Мы начинаем обратный отсчёт до запуска Зенита… давайте считать вместе! – объявила Амбридж громче.
Одна из опор, поддерживающих ракету, медленно отодвинулась. Тауэр и все его зрители сосредоточили внимание на очертаниях ракеты-носителя, созданных жидким камнем чар Парного обзора и окрашенных естественными тонами лежащей в основе породы.
Пип задумался, какие меры безопасности приняты на Байконуре. Конечно же, там есть маглы с оружием, но ещё однозначно должно быть сколько-то авроров на страже. Для оперативной безопасности подобного рода вещи держались в тайне даже от других авроров, но Пип подозревал, что как минимум Хмури находится в Казахстане. Хмури проводил в Тауэре всего несколько часов в день, чтобы проверить безопасность и прочитать отчёты, и так было много лет.
– Десять… девять… восемь… семь… шесть… – начала отсчёт Амбридж, и половина комнаты присоединилась к ней, в том числе мисс Лавгуд, мистер Поттер, все маглорождённые и гоблины-исследователи. Некоторые из самых благородных ведьм и волшебников, как, например, мадам Хопкирк, вместо этого лишь вежливо улыбались.
Камень внизу изображения начал надуваться и пениться, вздымаясь из-под ракеты клубами. Пип затаил дыхание.
– Пять… четыре… три…
В густом сером облаке отчётливо проступила волна рыжего камня, когда у основания ракеты вспыхнул огонь. По всей видимости, магловская технология базировалась на том, чтобы впихнуть огромное количество огня внутрь ракеты, а затем сбросить его снизу, подумал Пип.