С Хмури Гарри уже виделся, поскольку сегодня был чётный день месяца. Для попытки вторжения он превратил бывшего аврора в широкоплечего пожилого мужчину с усами, оставив пустое пространство в животе, чтобы тот попытался протащить Маховик Времени, завёрнутый в Листья Лавгуд. Это не сработало, и час назад Гарри опознал его в клинике, куда того доставили оглушённым. Теперь начальник безопасности потягивал чай, нежно посматривая на Гермиону.
И Гермиона. На ней было длинное красное платье и короткий жакет, на шее – золотисто-зелёное ожерелье, она буквально светилась красотой. Даже без волшебной ауры, она была ослепительно красива. Гарри непомерно долго беспокоился о последствиях ритуала, который запечатал волшебные свойства единорога и горного тролля в её теле, но вроде бы проявились только положительные эффекты. Он решил, что похожую разницу можно наблюдать между современным человеком и человеком, жившим несколько столетий назад. Тело современного человека формировалось ближе к его генетическому потенциалу, ведь благодаря хорошему питанию и медицине ему требовалось меньше ресурсов, чтобы справляться с болезнями; Гермиона просто испытала на себе сверхзаряженную версию этого эффекта. Когда она только начала взрослеть и превращаться в личность, которой должна была стать, её метаболизм стал идеальным. Она никогда не голодала и не болела, поэтому выросла высокой и хорошо сложенной. Она была новым человеком… архетипом, способности которого они пытались сделать доступными для всех, работая над этим в Секторе Совершенствования.
Улыбка не сошла с её лица, когда она повернулась к Гарри, и он почувствовал, как с плеч упал груз. Она уже не злилась. Но ему, всё же, стоило извиниться, как только появится возможность.
Секунду он стоял молча, и её улыбка постепенно угасла, сменяясь неуверенной нахмуренностью. Наконец, он заговорил.
– Как всё прошло «у Билли»? Стой, ты не стёрла его с лица Земли?
Она снова улыбнулась, и маленькая его часть с облегчением обрадовалась перемене от улыбки к нахмуренности и снова к улыбке, он понял: дело в том, что она переживает за него из-за своей привязанности. Она когда-нибудь примет предложение Седрика?
– Я проломила дверь кулаком. На самом деле, всё было не так, как я ожидала, потому что дверь застряла на моей руке, и я целую минуту пыталась избавиться от неё, совсем не чувствуя себя величественно. Но мне кажется, никто кроме Хидли не заметил этого, – сказала она, сверкнув глазами.
Хидли… а, Кванон. Как ей удаётся перейти к обращению по именам с людьми, с которыми она общалась всего десять минут? Дело в ауре, решил он.
– Суровая женщина, – сказал Хмури. Его голос хрипел и звучал как-то странно – Гарри пришлось немного сдвинуть органы и сделать оба лёгких трансфигурированного тела одинакового размера, чтобы поместилось контрабандное устройство. Это привело к неожиданному изменению звучания голоса. – Однажды мы оказались с ней вместе на руинах Зонтага, Джеймс Беспощадный устроил для нас ловушку в виде золотой шкатулки-портключа. «Не трогайте», сказала она. Конечно, я же не дурак, но не у многих хватило бы ума предупредить меня.
– «Джеймс Беспощадный»? – переспросила Боунс, уставившись на Хмури. – Ты придумал это.
– Записи засекречены. Ничем не могу помочь, – отрывисто сказал Хмури. Он демонстративно развернул кресло, и Гермиона, Гарри и Боунс рассмеялись.
Гарри сел на своё место. Неловкого момента удалось избежать.
– Извините за опоздание. Хотя всегда кто-нибудь опаздывает, а значит те, кто пришёл вовремя, вынуждены несколько минут шутить и выдумывать истории про воображаемых Тёмных Волшебников.
– И вовсе не выдумывать, – сказал Хмури, вздёрнув нос и обиженно отвернувшись. Гермиона фыркнула.
Ург и Шарлевуа молча наблюдали. Гоблин закончил собирать осколки и вернулся на место. Шарлевуа спокойно смотрела на всех своими карими глазами.
– Ну что, к делу? – сказал Гарри.
Для этой встречи у него не было повестки дня, но имелся ряд вопросов, с которыми им следовало разобраться. Время, как всегда, торопило – через час ему нужно было вернуться в клинику, чтобы закончить дневные исцеления. Каждый целитель, поддерживающий свою трансфигурацию – это целитель, не занимающийся следующим пациентом. Надо не забыть создать новый план сортировки больных. Мы слишком много времени уделяем трансфигурации… травмы вроде переломов не стоят того, чтобы поддерживать трансфигурацию три часа – ведь для них хватило бы и обычных целительских чар. Он достал блокнот и механический карандаш из кошеля, который всегда был при нём, и сделал заметку.