Гарри открыл второй экран. В южном коридоре наблюдалась та же картина: двое авроров сдерживали натиск. Они стояли в изгибе коридора; за их спинами находилась стена Пределов Проникновения. Были видны двери в другие подразделения: Сектор Совершенствования, Ипсиланти Исчисления, Станция Сканирования – но они нападающих, казалось, совсем не интересовали, те в беспорядке пытались пробиться дальше по коридору.
Гарри слышал, как Гермиона по своему пузырефону вызвала Тонкс и Хиори, назначила Рэджа за главного и поинтересовалась, всё ли в порядке. Но внимание Гарри было приковано к изображению. Хотел бы он увидеть картинку из Приёмной комнаты. Как много уже погибло?
Один из авроров в южном коридоре сотворил мощный взрыв ветра, на мгновение отталкивая нападающих, в то время как его напарник присел, касаясь палочкой пола. Аврор прошептал кодовое слово, и сработали ловушки.
Прошла череда небольших взрывов, такая быстрая, что они прозвучали как один: сработала пневматика, и пятьдесят металлических болтов вылетели из одной стены и вонзились в другую, зарываясь в камень под странными углами. Под атаку попал лишь один враг: вопящий длинноволосый мужчина с изуродованным красными шрамами лицом. Металлическая стрела прошила его плечо, и он упал на землю, дико крича от боли. Остальные замерли на полсекунды, но тут же бросились в нападение, безумно и неистово крича.
Самый быстрый из них выбросил палочку вперёд, выкрикивая проклятие, но его голос сорвался в крик. Кровь забила из его груди, невидимое лезвие входило всё глубже, вырезая клинообразный кусок мяса и костей. Он упал назад, булькая, и вторая углеродная нанотрубка разрезала его пополам. Мужчина умер с диким оскалом на лице.
Остальные кричали и дёргались, натыкаясь на невидимые лезвия, они пытались пройти вперёд, перепрыгнуть преграду или проползти под ней, но резали себя и разваливались на части.
В конце коридора показались новые нападающие, и авроры подняли палочки над кровавой кучей. Шарики крови и куски плоти поднялись в воздух, но пронзительно визжащие мужчины, покрытые шрамами, игнорировали их и продолжали увечить себя, налетая на первые несколько тонких как лезвие нитей. Авроры воспользовались замешательством: один из них накладывал защитные чары, а другая – как Гарри теперь понял, это была Кванон – метала Режущие проклятья.
Иллюзии хватило ненадолго. Один из мужчин, покрытых шрамами, обдал соседа волной огня, а затем что-то прорычал и ткнул пальцем в коридор. Кванон сбила его с ног, нанеся широкие раны, но остальные уже всё поняли. Пятеро – столько помещалось в ряд в коридоре – начали бросать проклятия в стены и в авроров. Стоящие за их спиной завыли и забормотали, начали карабкаться на спины друг другу, чтобы получить хоть какое-то окно, через которое они могли атаковать Кванон и её напарника.
Болты можно было легко вытащить из стены, и у большей части нападающих не возникло проблем с тем, чтобы вырвать их из одной или другой стены при помощи Депримо или других взрывающих заклятий. В то же время они принимали на себя атаки Кванон: убитые и раненые падали на пол в конце коридора, который уже стал скользким от крови и внутренностей. Она добавила к заклинаниям порывы ветра, чтобы валить врагов на землю.
Несмотря на всё это, казалось, что их поток никогда не закончится. Более сотни нападавших заполонили северный и южный коридоры, прорвавшись через золотой вход Тауэра. Их было просто слишком много, так что им удалось убрать с дюжину режущих нитей, прежде чем до них добрался газ.
Сами по себе резервуары с хлорцианом были не очень большими. Хмури и двоим безымянным угрюмым аврорам предстояло самим встраивать их за выпускные отверстия для болтов с режущими нитями, так что они предпочли иметь дело с малыми объёмами. Газ приводил к удушью, жжению кожи, слепоте и, довольно часто, к смерти. Его даже не нужно было вдыхать: в месте любого контакта с кожей он вызывал раздражение и отравление. Даже с активированными протоколами трансфигурационной безопасности они боялись, что процесс может выйти из-под контроля. Гарри не мог показаться там, тем более подойти достаточно близко, чтобы помочь… настолько этот газ был опасен.
Безумцы тут же начали кашлять и шипеть, закрывая лица. Вероятно, их открытая кожа тоже была поражена, но чувствительнее всего оказались слизистые оболочки.
Гарри подался вперёд, впиваясь глазами в изображение. Была ли среди этих бьющихся и воющих тел Беллатриса? Он перевёл взгляд на другое изображение. Нет, вот она, хохочет, безумно уставившись в северный коридор клиники. Наверняка она собрала какой-то минимум информации про Тауэр и знала, что в той стороне для неё нет ничего интересного. У неё не было причин, чтобы…