Тонкс поморщилась.
– Интересно, что у них есть на меня.
– Кроме того, в той комнате я видела большой горшок с летучим порохом на каминной полке. Ничего особенного для большинства мест, но не для комнаты с парой пороховых мехов.
– Они наверняка тоже прослушиваются.
– Хм, я не думала об этом, – сказала Гермиона, замолчав. Она задумалась на мгновенье. – Даже если так, не думаю, что это влияет на мои выводы. Я не была уверена, был ли горшок там из-за того, что кто-то использовал летучий порох после взрыва, поэтому я убедила их показать мне воспоминания одной из двух сестёр, которые были там первыми… Это были воспоминания Синтии или Сибил Вэйн, не знаю, чьи.
– Они чем-то важны? Там были какие-нибудь улики? – спросила Тонкс.
– Я считаю, что ведьмы были случайными свидетелями. Может, в результате они дадут подсказку, но сейчас не похоже, чтоб они были замешаны, – сказала Гермиона.
– То есть ты считаешь, что кто-то сбежал через каминную сеть после взрыва, оставив горшок с летучим порохом в комнате, поскольку нельзя переносить летучий порох через огонь, что означает… что кто-то мог что-то выкрасть или сбегал, или это было убийство по личным мотивам, или что-то ещё, – сказала Тонкс.
– Ну, советник Тинегар попросила меня подумать, кому это выгодно. Она намекала, что это выгодно нам, поскольку часть американцев встанет на нашу сторону, чтобы противостоять Малфоям. Я не была уверена, что волшебники Америки так быстро потеряют голову от одного террористического акта, но Тинегар считает, что в этом есть смысл.
– Но мы не делали этого, – сказала Тонкс. – Значит, это был Вестфальский совет? Они взорвали сами себя? Они ведь не потеряли ничего и никого серьёзного, не так ли? Могу поспорить, они достаточно безжалостны, чтобы пожертвовать одним из своих. Или это просто Нарцисса Малфой переходит на следующий этап… Вспомни, как мы тоже чуть не подорвались недавно! – Тонкс сердито взмахнула руками. – Да кто знает?! Это безумие!
– Подожди, – сказала Гермиона. – Возможно, это была ошибка или просчёт, или что-то пошло не так. Но…
– Может, Малфои хотели уничтожить что-то, что перехватили британцы! – Тонкс осенило. – Шпионский центр… какой-то подслушанный разговор, раскрывающий их планы? Нет, тот убитый парень не был конечным получателем такого разговора… Ты говорила, он проработал здесь всего два года. И он не мог один заниматься таким делом… Нет, это бессмыслица, прости. Но может, это должно было остановить слежку?
Гермиона покачала головой.
– Сомневаюсь. Если бы ты управляла такой сетью, разве ты не готовилась к тому, что на одного из твоих сотрудников могут напасть? Наверняка у них всё продумано. Советник Хиг не очень дальновидный насчёт многих вещей, – например, у него нет элементарного чувства морали касательно средств, которые он выбирает для достижения своих целей, – но он серьёзно относится к информации.
– И что же тогда? – спросила Тонкс, нетерпеливо переступая.
– Во-первых, я думаю кто-то отправлял пергаменты из этой комнаты. Вот зачем там был горшок с летучим порохом: чтобы кто-то мог передать документы. Ты не можешь это сделать с помощью пороховых мехов. Информация, которую они хотели заполучить, или что-то, что они не хотели, чтобы кто-то видел. И возможно, Тарлетон был в этом замешан, а тот, кто им управлял, решил от него избавиться. Возможно, его шантажировали, или он изначально был заслан туда с этой целью.
Тонкс медленно кивнула:
– Хорошо… в этом есть смысл. И это мог быть как кто-то из Вестфальского Совета, так и Малфои.
– Тинегар заметила, что это как-то слишком небрежно для Малфоев. Это правда, и это надо учитывать. Бомбы – это слишком грязно и ненадёжно, и если бы Тарлетон выжил, или если бы кто-то другой открыл коробку, или если бы она взорвалась раньше времени, или что-то ещё, это бы раскрыло намерения Нарциссы и Драко.
– Значит, это кто-то из Вестфальского Совета, – глаза Тонкс полыхнули красным цветом. – Тогда они обвинят во всём нас, сославшись на очевидную фальсификацию, – она замолчала на мгновенье. – Нет… все те же самые проблемы. К тому же, никто, кроме Малфоев, не использовал раньше магловские устройства вроде бомбы.
– Вообще-то есть один человек, известный такими трюками, – вымученно сказала Гермиона.