— И больше энергии, — добавила Алия, помолчала, раздумывая. — И все равно, неправильно это как-то, поступать таким образом со своими последователями. Не находишь?
Спрашивала она для проформы, зная, что логика эфирных созданий отличалась от человеческой.
А также этика и мораль, и любые внутренние установки. Главная из которых: они не считали смертных ровней себе. А значит с ними можно поступать, как угодно.
В чем тоже имелась определенная логика. Крестьянин не будет жалеть корову, забивая ее на мясо. Или каждое утро забирая у куриц свежее яйцо, являющееся по сути ребенком той самой курицы.
Для богов люди такие же животные. И потому они считают в себя праве поступать схожим образом.
Безумие? Может быть. Но если взглянуть на ситуацию с их точки зрения — то жалкие людишки должны быть за это благодарны. Ведь на них обратили внимание существа высших сфер божественного Эфира.
— Неужели тебе жалко этих червей? — Илимия пнула ближайший труп совсем еще молоденькой девочки с едва появившейся крохотной грудью.
Обнаженная и вымазанная кровью, она лежала вывернув голову под неестественным углом. Кончая, жрец не стал резать ей глотку, а свернул шею мощным рывком, сбросив труп с алтаря на каменные плиты. И ей еще повезло, остальные медленно истекали кровью, с кровавыми ранами.
Крови в зале хватало, как и выпущенных кишок и кусков человеческого мяса.
Мертвые тела принесенных в жертву напоминали скот, забитый мясницким тесаком на скотобойне.
Алия принадлежала к чистокровным дэс-валион, но даже ей это казалось мерзким и отвратительным.
— Вам не убить меня, — повторила Илимия так и не дождавшись ответа.
В этот момент высокие двухстворчатые двери распахнулись, в зал вошли дуэгарские солдаты. Тихо позвякивая черными пластинчатыми доспехами, воины внесли внутрь деревянные ящики.
Возглавлявший процессию Оскар остановился, закованная в металл рука указала на место, свободное от мертвых тел.
— Туда.
Падшая богиня с беспокойством шевельнулась, сделав еще одну незаметную попытку освободиться. По губам Алии скользнула насмешливая улыбка. За последнее время темные чародеи Великого Дуэгара научились делать неплохие оковы, запирающие силу падших божеств внутри физических оболочек.
Она подошла к богине, тонкая, но крепкая рука жестко схватила черные волосы, запрокинув голову пленницы.
— Да, мы не можем убить тебя, ведь в таком случае, ты снова переселишься в новое тело. Но есть и другой выход, — Алия рывком дернула падшую, разворачивая ее лицом к ящикам.
По знаку Оскара воины выбили колышки, заставляя боковые стенки упасть. Открывшаяся картина привела богиню в ужас.
— Неее-ееет… нее-ееет… — задирая красивыми и стройными ногами, она попыталась отползти назад. Но Алия ей это не позволила, жестко удерживая за плечи.
— Смотри-смотри, это ждет и тебя, — зловещим шепотом прошептала юная дэс-валион в ухо пленницы.
В глазах связанной падшей плескался страх, перерастающий в панику.
Из ящиков доносилось лишь невнятное мычание и вялое шевеление о сухую солому.
Ее дочери, ее неизменные спутницы, ее верные соратницы и ученицы — они выбрали себе прекрасные тела для обретения новой жизни.
И теперь, когда-то прекрасные тела представляли собой страшные обрубки, едва помещающие в узкие ящики, небрежно сколоченные из дубовых досок. Им отрубили руки и ноги, выжгли глаза, отрезали уши и нос, вырезали язык.
— Видишь, мы тоже умеем по своему «развлекаться», — промурлыкала Алия со злым весельем заглядывая в глаза бывшему божеству.
Илимия дернулась и попыталась в последний раз вырваться, но оковы держали крепко.
— Каждый ящик изнутри обит железом, на него нанесены рунические символы сдерживания на такшианском. Вечно они вас сдержать не смогут, но на пару-тройку столетий думаю можно рассчитывать, — сказала Алия.
Безумный взгляд богини полоснул огнем ненависти по хрупкой фигурке юной колдуньи. Но она осталась безразличной к проявленной ярости.
— Сначала мы хотели вас похоронить заживо, — как ни в чем не бывало продолжила делиться она. — Но потом мне пришла в голову прекрасная мысль: зачем закапывать, если можно утопить?
Тусклый свет падал из разбитых витражных окон освещая бледное лицо черноволосой богини. Угроза погребения в глубине толще морских вод оказало деморализующее воздействие.
— Сколько выдержат колдовские замки? Два столетия, три? На глубине, где только холод и мрак, — Алия обошла застывшую Илимию, — вы сойдете с ума. Хотя вас и сейчас вряд ли можно назвать разумными. Вы всего лишь паразиты, считающие себя высшими существами. Но это не так.