Тишина таковой не продлилась долго. То есть, если я подобное уже прогонял в мыслях, то остальные задумались только сейчас. Кроме Бакумэ.
— Вставлю свои пять серебряников, — хмуро произнесла она. — Гитцу пропала.
О-па.
— То есть как пропала? — озадачено бросил Седой.
— Глава одной из крупнейших банд и пропала? — иронии в тоне Валета хватило бы на семерых.
— То-то и оно, — сморщилась Бакумэ. — Захаживал к нам вчера умник один, после их разговора мама не в себе была. Сильно не в себе. А сегодня утром её у себя в кабинете не оказалось. Охрана на месте, и они точно не при чем. А вот Гитцу нигде нет. Причем, «Ведьма» находится в самом центре наших земель. Мы обошли всех. Никто, ничего не видел. И сейчас поднимать вой, что мамы нет? Глупо это. У нас, знаешь ли, тоже хватает тех, кто не прочь кусок пожирнее урвать. И сейчас самое время. Из слов твоего мальчика, — кивок в сторону Клима, — назревает передел. Задатки его уже не первый месяц гуляют, но мама всегда от них отмахивалась. Мол, Боэрдекай никто в здравом уме трогать не будет. Но, тц, что-то у них там сильно изменилось, раз решили подергать за усы спящего хрига.
Тишина на несколько секунд и мои мысли, что лениво переваливались с бока на бок.
— Это всё, конечно, здорово, — выдохнул я, — но причем здесь мы? Как ты слышала, у нас только два пути, — усмехнувшись, пожал плечами. — Бежать, либо жопу лизать.
Скривилась, что Бакумэ, что Льдышка. Остальные, кстати, тоже нет-нет, да своё мнение этой фразе гримасами выразили.
— Мама Гитцу ни с Картеном! — стараясь говорить ровно, произнесла женщина. — Более того, я уверена, что это именно он виноват в её пропаже! Я видела кто ты, Рэм. Воитель металла для тебя лишь затравка перед ужином, а значит и Картен особых проблем не вызовет. Его нужно убить, Рэм. Иначе восточная часть Нижнего захлебнется в крови. При переделе такого масштаба, в стороне никто не останется. Я видела, как ты разгребал завалы, чтобы вытащить простых людей. Тебе на всё это не наплевать, хоть ты и пытаешься делать вид, что это не так. Помоги нам! И себе тоже! Убьем Картена, найдем Гитцу и я даю тебе слово, что тебя и твою стаю мы прикроем со всех сторон.
Смешно, право слово. Меня всё еще не воспринимают всерьез. Я даже ладони вытянул, в желании похлопать, но заприметив капающий с них жир, лишь сморщился.
— Молодец, Бакумэ, — кивнул ей, вытирая руки о скатерть. — Речь достойная театра! Аж слезу пустил. Есть еще что-то или ты уже уходишь?
По тому, как побелели ладони девчонки и пар, что вырвался изо рта, можно было многое сказать. Правда, на мой слегка насмешливый взгляд та лишь носик свой курносый задрала, да напор холода уменьшила. Помнит, малая, кулак мой волшебный.
— Рэм, — нахмурилась Бакумэ.
— Женщина, — одернул я её раньше, чем она продолжила, — не заставляй меня думать о тебе хуже, чем ты есть. Рыцаря на белом коне нашла что ли? Сейчас предо мной стоит задача, чтобы выжил каждый, кто пошел за мной. Каждый. А ты мне пытаешься втюхнуть какую-то эфемерную дичь. Давай уже заканчивать этот балаган, да поговорим, как серьезные люди.
— Давай, — на удивление быстро согласилась она. — Как я уже говорила, я видела кто ты Рэм. И на самом деле мне нужна от тебя лишь одна помощь, — надоедливая уже пауза. — Помоги нам найти Гитцу. Твоё обоняние сможет почувствовать её. Так ведь?
— Уф, — сыто выдохнул я, отодвигая и вторую пустую миску. — Лешк, передай моё почтение дамам с кухни. Сами то перекусить уже успели?
Игнорирование себя любимой Бакумэ не понравилось. Ну, оно и понятно. На что она вообще рассчитывала? Что я такой весь сорвусь и моментально полечу обнюхивать старое тряпьё Гитцу? Все эти разговоры, если честно, начали уже утомлять. Особенно, когда раз за разом, тебя пытаются прогнуть.
— Что ты хочешь? — попыталась перехватить нить Бакумэ.
Тяжелый вздох и усталость подкатила с новой силой. Уперев руки локтями в стол, опустил подбородок на скреплённые в замок, ладони. Да, усталость. Сейчас бы прилечь, и поспать часиков десять. А еще лучше двенадцать! Чтоб, значится, с полной уверенностью, что за эти часы ничего плохого не случиться. Чтобы прервать хоть на одну ночь эту непрекращающуюся гонку не на жизнь, а…
— Нет! — взвизгнул Льдышка.
— Рина сядь! — повысила голос Бакумэ.
— Да как этот ублюдок вообще подобное допустил! — в гневе пол вокруг девчушки пошел льдом, а я вот нифига не понял.