Соня промолчала в ответ, ей просто уже нечего было добавить. Да и наверняка подруга окажется права. Учитывая такую огромную разницу между ними и учителями, ведь те все Тройки, им и не придётся как-либо себя защищать.
- Переключай давай. Он уже вышел из комнаты.
- Вот эта кнопка, - указала ей Соня на одну из кнопок на клавиатуре. Это был не просто домашний компьютер, перед ними раскинулось восемь мониторов, каждый из которых, в свою очередь, был разделён на равные квадраты. – Стой, не нажимай! Подожди, пока я выйду, - девушка встала с кресла, пропуская подругу. – А ты сама была бы не против, если бы за тобой подглядывали в подобном месте?
- Ну да, мне скрывать нечего. Вот только я бы запросила соответствующую цену за такой приватный показ, - Рамона хищно улыбнулась, садясь в удобное кресло.
Покачав головой, Соня вышла из комнаты, оставив подругу наедине с целью своего преследования. Рамона переключила экран и увидела, как Трой заходит в ванную комнату, чтобы принять душ. На несколько секунд её глазам предстало его чуть загорелое тело, а затем тот скрылся за дверцей душевой кабины. Оттуда всё же отлично просматривался его силуэт, который привлёк внимание девушки настолько, что все остальные посторонние мысли мигом вылетели у неё из головы.
- Соня, привет, - поздоровалась с девушкой соседка, когда та покинула свою комнату. Девочка с короткими ярко-розовыми волосами сидела на полу и что-то опять малевала мелками в своей тетради. Насколько помнила Соня, ей было лет тринадцать, потому она ещё имела право на подобную беспечность.
- Привет, Роз, - она села на диван и потянулась за каким-то идиотским журналом, принявшись листать его так же бессмысленно, как печатались в нём мелькавшие перед глазами статьи.
В дверь постучали, и девочка, отложив мелки, побежала открывать. Старост здесь, как правило, уважали.
- Это Марк, - крикнула девочка и поспешила вернуться к своему занятию.
- Маркус? Ты чего припёрся? – несмотря на слегка недовольный тон, девушка тут же отбросила никчёмный журнал на столик и вышла за дверь их секции. – Только не говори, что опять по поводу Найджела.
- Да нет. Я уже понял, что ты за ним проследить не сможешь, - произнёс аккуратно причёсанный юноша, возвышаясь даже со своим средним ростом над миниатюрной Волович. – Но кое-что я всё-таки предпринял. Я уверен, слухи скоро доползут до него, если этого уже не случилось. Он точно начнёт воду мутить втайне от нас. Терпеть не могу это его сборище уродов.
- Ничего не поделаешь, - пожала плечами Соня. – Он имеет полное право на конфиденциальность и неразглашение. А что насчёт сборищ, то мы все такие, ты сам знаешь. Каждый на своей волне, но работаем сообща. Это Искусство – личное душевное творчество, а Создание – это коллективный труд.
- Я это всё понимаю, но мы-то с тобой ни от кого не прячемся. А он так и ждёт возможности устроить переворот.
- Ну, это уж ты загнул, - сквозь смех проговорила Соня и снова поправила непослушную шаль. – Дети просто играют, это обычное дело. Всё ещё так опасаешься за этот свой потенциал?
- Вот как раз с ним я и провернул небольшой фокус, - хитро улыбнулся парень. – Ты всё шутишь, Соня. А этот парень и вправду имеет слишком большой потенциал, чтобы так просто взять и отдать его этому прохвосту Хэммингу.
- Хорошо, но ты говоришь, что пришёл не эту тему обсудить. Так что же у тебя там ещё случилось? – в кармане девушки коротко прозвенел мобильник, и та поспешила его достать.
- Я бы не сказал, что что-то случилось, просто я провёл несколько любопытных экспериментов. Думаю, тебя это может заинтересовать тоже, - парень выглядел весьма довольным собой.
- И что это за эксперименты? – спросила Соня без особого интереса, убирая телефон в карман. Маркус постоянно занимался какими-нибудь экспериментами, ничего необычного она в этом не видела.
- Я даже в лаборатории это ещё никому не показывал. Я проделал анализ воздуха недавно и нашёл в нём кое-что очень любопытное. Это споры растений, но я не могу отнести их к какому-либо виду. Ты должна посмотреть на то, как они реагируют на раздражители. Это весьма… любопытно.
- Я, конечно, сгораю от любопытства, но ты ведь знаешь, что я должна работать.