Нет никаких сомнений, что человечество становится вопиюще безумным, отведав плод, что растёт на том дьявольском дереве, «дереве познания добра и зла».[321] Сладким кажется он, приятным на вкус — но смертельный атропин,[322] коварный яд таится в его сердцевине. Прокляты те, кто едят от него.
Да, трижды прокляты верящие в правильное и неправильное — ибо они — сбились с пути.
9Притяжение и гравитация удерживают звёзды на их пути, и (абсолютно тем же методом действия) все человеческие толпы и стада животных объединяются и разъединяются эффективными проявлениями производных жара и энергии солнца.
Сильные люди есть магнетические инкарнации первичной энергии — генераторы концентрированного электричества. Существует мистическое, почти магическое обаяние персоне истинного величия. Маленькие люди притягиваются к своим естественным правителям, как стальная стружка прилипает к магниту. Эта особенная притягивающая сила едва ли способна быть обнаружена (разве что спазматически) в физически слабых. Кажется, она развивается только в животных с необычной жизнеспособностью — в людях с избытком «дьявола» внутри.
Физическая сила есть основа духовной силы. Питание клеток мозга осуществляется корпускулами крови, постоянно выталкиваемыми в них работой сердца. Если толкающие клапаны слабы или не в порядке — если порция еды нечиста — если желудок расстроен — если печень переполнена кровью или лёгкие разлагаются и гноятся, тогда мозг голодает, отупляется, и все мысли, что рождаются в нём, ничтожны, неестественны, нечисты. Из этого и вытекает бурлящий поток литературной грязи, которую Золя[323] и библейские ажиотажники,[324] поэты и «выдающиеся учёные мужи» продолжают изливать на поколения людей, пропитывавшихся веками такими же интеллектуальными помоями.
Отсюда также следует тот знаменательный факт, что ни великие люди, ни великий героизм никогда не появляется в городе. Города нечисты мыслями, словами и делами, и ничего благородного в них развиться не может. Они как груды мусора — «кухонные отбросы» мира. Они есть матрицы всего позорного и низкого в религии, политике, социологии и законе. Лупанарии[325] организованного омерзения — вот что они! — там, где постыдная проститутка и ещё более постыдный редактор бок о бок портят воздух, с каждым дуновением ветра распространяя во все стороны свои зловредные инфекции. Если бы я был Нероном и умел играть на скрипке! Но, в конце концов, это было бы, возможно, пустой тратой спичек и добротных пиликалок.[326]
Великие люди могут возникнуть только в среде полной личной независимости. Они выходят из гор, лесов и полей. Они мужают, когда вокруг них бушуют грозы, когда по ним хлещут струи дождя. Сначала, воюя против соперничающих в родном племени элементов, они развивают огромную двигательную силу, необходимую в последующей жизни, чтобы управлять человеческими стадами. Входя в центры полумёртвых цивилизаций, они сразу же захватывают лидерство, как своё естественное право. Они становятся правителями, консулами, королями, завоевателями, электрическими батареями, генераторами. Выросшие в рабстве толпы с рьяным удовлетворением горбатятся по их приказаниям, а соперники свергаются лишь «по мановению руки».
Их улыбка означает богатство и честь для низких — их нахмуренные брови есть бедность, изгнание или удавка. Животные второго класса собираются вокруг них, они используются как сатрапы, губернаторы, заместители. Если нация находится в состоянии мятежей и бунтов, то бунт подавляется силой. Если восседающие на троне правители не способны справиться с этой задачей, то их свергают, и на этот раз правителями становятся лидеры восстания — что, конечно, само собой разумеется. Власть правителя зависит только от его силы. Когда он становится неспособным удерживать в своих руках «смертную казнь», его сила ослабевает. Французская аристократия возникла из диких деяний свирепых, косматых, рождённых в битвах франков, а их изнеженное потомство было сокрушено и гильотинировано беспощадными провинциалами, которые пришли в Париж, — жаждущие денег, силы и славы.
Сходный феномен может быть замечен в просторах звёздного космоса. Звезда-Солнце посредством огромной силы притяжения вращает вокруг себя более мелкие звёзды, но в конце концов она сталкивается с соперничающей вращающейся массой, обладающей гораздо более сильным магнетизмом и притяжением, с которой она и сливается, теряя свою индивидуальность. То, чем закон гравитации является для материи и движения, в области социологии есть закон силы. В этой аналогии заключён беспредельный смысл.