Он замолчал.
– Сходи-ка, купи еще вина, – немного помолчав, сказал старик и протянул кувшин и деньги.
Для него я уже был готов на что угодно. Не замечая темноты, я быстро спустился вниз, добежал до кабака. Но он был закрыт. Я постучал, мне не открывали. Вокруг было тихо, только ветерок волочил по мостовой бумажный обрывок. Да тень кошки проскользнула по стене.
Потоптавшись на месте, я пошел обратно. Однако никакого старика я не нашел, ни его коморки, ни лестницы ведущей туда.
Я продолжал поиски, пока не наступило утро.
С пустым кувшином, расстроенный, я пришел в открывшийся кабак и стал пить вино, вспоминая наш разговор. Неужели так просто понять любовь? Неужели так просто оживить пересохшие колодцы души? А птицы, что они означали в словах старика, что он хотел сказать? Какой тайный смысл в том, что его дочь унесли птицы. Нет, скорее всего, птицы – это просто птицы.
Истратив на вино деньги, которые дал старик, я сначала хотел спросить о нем у хозяина, но потом передумал и вышел. Какая разница, кто был этот старик. Вряд ли кто-то здесь сможет рассказать правду о нем, также как и о нас с тобой.
Я посмотрел по сторонам, решая, куда же идти. На востоке за городом кружили птицы. А сам городе пробуждался от ночного забытья. Колесо продолжало крутиться. Люди, запрограммированные адской машиной цивилизации, продолжали свершать действия, не имеющие смысла ни для любви, ни для жизни. Вряд ли сегодня мне нашлось бы место среди них. И я пошел в ту сторону, где кружили птицы.
Она и Морской офицер
Она одиноко стояла у входа в заброшенный парк и нетерпеливо поглядывала по сторонам. В теплом темно-фиолетовом пальто волнующего фасона она выглядела невероятно мило. Пройти мимо я не смог. Я присел на спинку сломанной скамейки в парке и сквозь решетку принялся наблюдать за ней.
Туманное осеннее утро часом раньше встретило меня с порога чужого дома по соседству. Ночь я провел за бутылкой со случайными приятелями.И ушел, пока они спали. На перекрестке я долго стучался в лавку, желая купить вина на опохмел и булку. Забрав их у сонного продавца, я пошел в парк. Никем не тревожимый, незаметно пьянея, впадая в восторг, я шатался вокруг старого планетария, когда-то бывшего церковью, как вдруг заметил её и остолбенел. То ли на самом деле, то ли после принятых витаминов, но Она показалась мне неземным чудом. Стараясь быть не примеченным, я расположился неподалеку.
Не успел я, как следует, насладиться приятными наблюдениями, как появился Морской Офицер. Подтянутый и стройный он вынырнул буквально ниоткуда и замер возле барышни. О том, что офицер жив, а не превратился в каменное изваяние, свидетельствовал лишь пар, клубившийся у рта. Морской Офицер говорил, Она его слушала. Потом наоборот.
Глядя на них сквозь черную решетку, я невольно представил себя Морским Офицером. Вот я беру барышню за руку и нежно говорю: «Знаешь, любимая, я так скучал без тебя в плавании, так скучал. Мне все дни без тебя, как будто не хватало воздуха, я не жил, а задыхался. Я так тебя люблю. Так люблю. Ну просто о-го-го, как люблю! Ну просто свистать всех наверх, как люблю!» И я прижимаю её руку к своему поющему сердцу, Она улыбается, превращая осень в весну, а серый промокший воздух в сверкающую радугу.
Я мечтательно вздохнул, подразумевая – да, мол, любовь волшебная штукаь, везет же некоторым. Отхлебнув вина, я потрогал свою недельную щетину, глянул вниз на повидавшие многое туфли и печально причмокнул, сравнив себя с тем парнем в новой офицерской шинели.
Морской Офицер, стоявший у ворот парка, вдруг повернул голову и пристально посмотрел на меня. Она сделала то же самое. Довольно долго они смотрели в ту сторону, где, раскинувшись на лавке, я доедал скромный завтрак, состоявший из вина и булки. Обменявшись фразами, недосягаемыми для моих ушей, они вошли в парк. Явно по мою душу. Бутылку я прибрал в сторону, стряхнул с себя крошки, а носки башмаков стыдливо сунул поглубже в желтые листья. Я успел слегка разгладить помятые складки физиономии и уложить по местам лохматые волосы.
Они подошли.
– Здравствуйте, – кивнул Морской Офицер.
– Доброе утро, – улыбнулась Она.
Я поднялся, стараясь не доставать туфли из кучи листвы.
– Доброе утро. Здравствуйте, – как можно дружелюбнее поздоровался я и тоже улыбнулся.
Улыбнулся и Морской Офицер. И так мы все трое разулыбались, что можно было подумать – встретились бывшие одноклассники, один из которых по каким-то особым причинам с раннего утра в начале недели уже пьяненький.
– Нам нужна ваша помощь, – сильным сухим, чуть севшим голосом, проговорил Морской Офицер.