Открыв глаза, уставилась в тревожное лицо ректора. В руках было пусто. Сердце отозвалось щемящей пустотой. Выпрямилась, незаметно окидывая взглядом пол рядом с креслом. Проследив за моими глазами, ректор нагнулся и поднял ледяную розу.
- Ты это ищешь? – тихонько произнес.
Я кивнула, но не делала никаких попыток забрать, то, что выронила. Мне не хотелось показывать, что она вдруг начала значить для меня. Ректор повертел в руках находку, тщательно рассматривая едва заметно улыбаясь.
- Точная копия… - задумчиво протянул, - держи, я же вижу, как ты на нее смотришь. - Отдал мне. А я и забыла, что было глупо прятать что-либо от него, так же как было с книгой.
- Арисэлла, дорогая. Ты вспомнила, что с тобой случилось? – произнесла взволнованная профессор Оленна. – Тебе лучше? Или мне принести восстанавливающую настойку?
- Все хорошо, благодарю. - Успокоив неровно бьющее сердце, рассказала все что удалось вспомнить. Упустила лишь момент появления духа. Я еще не знала могу ли говорить о нем.
- Бедная девочка, и кто мог так поступить с тобой, - сокрушалась профессор. Ректор, хмуря свои кустистые брови напряжено молчал.
- Арисэлла, - произнес серьёзно он, слишком серьезно. – Ты не делилась со своими друзьями о том, кто ты? Может это могло выйти случайно, ты обмолвилась, и сама не заметила? Или ты как-то проявила свою вторую стихию? А это мог кто-нибудь заметить, кто угодно.
- Господин Эмрод, - возмущенно, - я не делала ни того, ни другого. Ваше кольцо исправно работает.
- Хорошо, извини меня. Я не мог не спросить.
- Вы считаете, что есть тот, кто может знать, кто я? Поэтому мне пытались навредить?
- Мне пока сложно сказать. Поверь если хоть кто-нибудь прознает, ты будешь в опасности.
- Но почему? – не выдержала. – Разве такие как я это не надежда что Богиня простила нас? Возможность снова родить детей от союза темного и светлого, об этом же грезят все эльфы. О сильных детях.
- Ари, - мягко позвала меня профессор, - успокойся и сядь в кресло пожалуйста. Я и не заметила, как вскочила обуреваемая негодованием.
- Арисэлла, ты не понимаешь. Король и его приближенные бояться перемен. Они установили миропорядок так как им выгодно. А когда появится что-то новое или забытое старое, они попытаются это устранить. Это самый главный их страх - потеря власти. Такая как ты для них сильнейшая угроза. Они главная власть и они не потерпят кого-то сильнее их самих, - с затаенной злобой и болью сокрушался ректор.
Наступила тишина, каждый обдумывал сказанное. Склонив голову, я снова села, кончиками пальцев дотрагивалась до маленьких шипов розы, это действие успокаивало. Ярость, печаль и грусть поселились в моем сердце.
- Я думаю, что вы можете не волноваться, - произнесла опустошенным голосом. – То, что произошло со мной, это всего лишь было развлечение для знатных чистокровных.
Устремив свой взгляд в окно, отвернулась от растерянных удивленных лиц. Месяц по-прежнему был неподвижен, едва просачиваясь в окно. Одинокая слезинка скатилась по щеке, какой бы сильной я себе не казалась и как бы мне не хотелось идти против всего мира были те, кто был намного сильнее. Я не смогла себя защитить от озлобленных студентов, что говорить о тех, кто восседает при дворе.
- Если это так, то мы найдем их и они понесут такое же наказание, как и любой студент в этой академии. - Больше растерянным господин Эмрод не выглядел, только уверенным и немного мрачным ректором.
- Спасибо вам господин Эмрод, что защищаете и верите мне. И вам профессор Оленна, вы так много сделали для меня, - улыбнулась им. – Я только хочу сказать, что я тоже виновата в том, что произошло. Спровоцировала тех, кого нужно было обходить стороной. Поэтому дайте мне возможность самой разобраться во всем, а так поступайте как считаете нужно. Я не в праве просить вас даже об этом.