– Какая связь! – всплеснула руками Мирна. – Мы в Ваурии!
– Ну, дай хоть на себя полюбуюсь, – хмыкнул он и взглянул в зеркало. – Да, красота неземная, – пробурчал Илай себе под нос, водя рукой по лицу. Там, где пробегали его пальцы, все мгновенно заживало. Силен бродяга. Даже после такого побоища есть еще порох в пороховницах.
И вдруг произошло что-то непонятное. Глаза Инсилая вспыхнули, и я полетел куда-то вдаль, шумно хлопая крыльями, хотя, готов поклясться, никаких крыльев у меня отродясь не было. Ну, как пить дать, что-то перещелкнуло в подбитой Илаевой голове, и он зашвырнул нас с глаз долой. Надоели, видно, мы ему своей заботой.
Кирилл не появлялся третий день, и это приводило Киру в отчаяние. «С ним ничего не случилось, – уговаривала она себя, – просто он занят. Он предупреждал, что дела могут задержать его в Мерлин-Лэнде на несколько дней. “Несколько”, – идиотское слово. И день, и два, и десять, все описывается этим словечком. Но когда ждешь и волнуешься, два дня или четыре – это как земля и небо. А если он не вернется до моего отъезда, что тогда? Мы же потеряем друг друга, он даже не знает, где меня искать. Дура, он же спрашивал меня об этом, а я не сказала ничего. А что я могла сказать? Что я простая ученица из Города? Что Волшебница дала мне денег на весь этот шик и спрятала меня здесь от какого-то никому не ведомого врага? Что я никто и не имею ничего? Осталось всего два дня. Только два дня – и мне пора уезжать отсюда. Сказка кончилась. Пора брать обратный билет в жизнь. И куда мне возвращаться? В Мерлин-Лэнд? Там нет никого, если бы что-то изменилось, они бы связались со мной. Связь молчит. Варварино зеркало не отвечает. Ликин номер из головы вылетел, как на грех. Сто раз себе говорила, записывай. Нет, помню, не забуду. Пожалуйста. И как всегда в самый подходящий момент. Пару месяцев не пользовалась и на тебе. В книжке только московский адрес. Туда, что ли, отправляться? А если они куда-нибудь всей толпой подались, что тогда? Ну, где же Кирилл? Неужели он не понимает, что я жду его? Как он может так долго отсутствовать? Нет, просто что-то случилось. Я знаю, я чувствую, он в опасности, он в беде, а я ничем не могу ему помочь, я даже не знаю, где он. Что делать? Ждать? А что мне еще остается. Только ждать. Ждать и надеяться».
Кира сжала пальцами подаренный Кириллом кулон. Ей показалось, что он пульсирует. Что он говорит – успокаивает или зовет на помощь? «Не получится из меня Чародея, – расстроилась Кира, – даже любимого человека не могу почувствовать, что уж о других-то говорить. Господи, какая же я дура!»
Приземлился я на удивление мягко. То, что я принял в своем полете за крылья, на самом деле оказалось полами широченного шелкового халата. Хлоп! Рядом шлепнулся здоровенный детина с бородой. Только этого амбала мне и не хватало для полноты впечатлений. А куда Мирна-то подевалась? Прибывший следом за мной дядька окинул мир очумелым взором, увидел меня и дико взвизгнул. Ну, спасибо тебе, добрый Волшебник, за путешествие, за полет, за соседа-шизофреника.
Детина потоптался на месте, почесал бороду и мерзко хихикнул. Ну, точно псих.
– Ты, надо полагать, Ронни? – уточнил он.
– И что? – насторожился я.
– И ничего! Как был бестолковый, так и остался, – издевался детина. – Ну, пораскинь тем, что мозгами считаешь.
– Мирна?! – запоздало сообразил я.
– Ага, – немедленно согласился мужичок. – Ладно, шутки в сторону, надо срочно назад.
– Инсилаю морду бить? – немедленно вдохновился я.
– Ты спятил? Он нас из-под самой сетки выбросил, а вот его, похоже, повязали.
– Кто кого повязал? – не понял я.
– Кто-то набросил на нас ловушку, – терпеливо пояснила Мирна. – Инсилай выкинул нас в последний момент, а его накрыло сеткой, я видела. Так что потопали в сторону Альвара.
– Я опять рыжеволосый детеныш? – осторожно уточнил я.
– Нет, плешивый купчишка, – утешила ласковая Мирна. – Шевели поршнями, дорога длинная.
– Кто Илая-то заловил? – раздирало меня любопытство. – Неужто Таур так быстро вернулся?
– Не успела рассмотреть. Придем – узнаем.
– У тебя зеркало осталось?
– Сейчас, – она полезла копаться по карманам.
После долгих поисков Мирна извлекла на свет осколок и дала мне. Я взглянул на себя и ахнул. Старикашка лет пятидесяти с хитрыми лисьими глазками и мясистым красным носом. Ну и страшилище Инсилай из меня сделал. Я с отвращением скрестил свои короткие ручки на толстом пивном животике и подумал, что ко всем прелестям придется таскать на себе еще два десятка килограмм жира. Потертый халат с трудом сходился на пузе. Потрепанные шаровары пузырями надулись на коленках. Я вздохнул, отдал Мирне зеркало и поплелся в город. Теперь у меня был дополнительный стимул найти Инсилая, без его помощи я от всего этого великолепия не скоро избавлюсь.
Машинально я сунул руку в карман и обнаружил там какую-то потертую бумажку. Я извлек ее на свет и выяснил, что это паспорт на имя купца Гуни, сына некого Ку, проживающего в Баффало. Мирна, как выяснилось, тоже имела документ такого же содержания, но звали ее Муни. Судя по общему папаше и совпадающей день в день дате рождения, мы с ней, то есть с ним, были братьями-близнецами. О мамаше история умалчивала, но, учитывая разительные отличия во внешности, родство наше ограничивалось папашей Ку.
«Это все. – Кира страдала в баре. – Три дня прошли. Больше ждать некого и незачем. Вот и кончилась моя сказка. Сегодня Золушка принцессой не станет, не судьба. Принц смотался. Так как я беру билет в день отлета, денег хватит только на экспресс-класс. Прощай перелет-люкс. Да и куда лететь-то, на Землю или в Эйр? Хоть монетку кидай, орел – Москва, решка – Мерлин-Лэнд. А почему нет?» Кира нашла в кармане монету и подбросила вверх. Серебристый кружок сделал в воздухе десяток оборотов и, ехидно звеня, запрыгал по барной стойке. Судьба подсказок давать не захотела. Монетка подпрыгнула в последний раз и, застряв в какой-то щели, стала на ребро. Кира вздохнула.
– Вам просили передать, – бармен с легким поклоном положил перед девушкой узкий голубой конверт.
– Мне? – удивилась она.
– Вы – Кира? – на всякий случай уточнил бармен.