Выбрать главу
* * *

Варвара так старательно целилась на маяк, что у нее даже голова заболела. В результате материализовалась она отвратительно. «Это все Локи, – злилась Волшебница, – запугал меня, как первоклашку, тоже мне колдовство, когда руки трясутся. Еще и ногу подвернула о какую-то банку-склянку, что за манера разбрасывать где попало всякую дрянь! Хорошо еще, что перемещались, взявшись за руки. Ну и темнота у них здесь в Ваурии, сама себя не вижу. Вроде по назначению попали. Маяк совсем рядом». Варвара открыла было рот, чтобы сообщить это своему спутнику, но вовремя заметила его жест, призывающий к молчанию. Она обернулась и обомлела.

За спиной у себя она обнаружила пролом в стене, через который было видно темно-серое небо. Собственно, ничего необычного в этом не было, пугало другое: на фоне неба четко вырисовывался неподвижно застывший силуэт высокого мужчины.

«О, господи, – ахнула про себя Варвара, – будем надеяться, что Локи не ошибся в расчетах, и его магические способности восстановятся через пару минут. Мои-то тают как деньги в отпуске. Энергия уходит, будто кровью истекаю. Так, не дрейфь, – попыталась она сама себя успокоить, – кто сказал, что первый встречный в Ваурии обязательно окажется Магом или Волшебником. А с человеком Локи без всякого колдовства справится, рука-то у него – ого-го, крепкая». Волшебница замерла в неподвижности. Локи повнимательнее присмотрелся к «первому встречному» и чуть улыбнулся, хотя в глазах мелькнуло удивление.

Часть восьмая

Бывают в жизни обстоятельства, при которых даже зло вынуждено творить благо.

Глава 53

Под напором Мирны я отступил в лес, но уходить не собирался. Когда волшебство спало, и я узнал Ронни, все встало на свои места. Они считали, что сотворят благо, если избавят Инсилая от мучений. Неужели Локи все-таки ушел и бросил здесь всех своих без страховки? А Таур, он, что же, вежливо откланялся и без сожаления оставил свою империю подлизе Арси? Почему Мерлин не помог Посланнику? Как могло получиться, что в Битву Двоих вмешались посторонние? Что происходит в этом мире? Добро из лучших побуждений творит зло, сила уступает слабости, а лучший друг ничего не может предложить тебе в этой жизни, кроме смерти… Хотя, чему я удивляюсь, это же Ваурия. Запределье…

Я провалился сюда года два назад, а может, и три. В этом тауровском королевстве биологическое время пленников просто замирает. Взять, к примеру, меня. Ни разу за эти годы не утруждал себя бритьем, но даже намека на щетину на лице не появилось. Издержки климата? Ладно, у меня аллергия на Ваурию. А остальные? Никто из моих товарищей по несчастью за это время ничуть не постарел. Худели, толстели, умирали, но не состарились ни на день. Я не видел среди рабов ни одного старика. Или никому не удавалось дожить до старости, или все пришельцы были здесь вне времени. Ну, я-то в этой стране-ловушке наверняка до старости не дотяну. За эти годы из меня все жилы вытянули.

Смерть Христова, и все это из-за одной единственной глупости. Не нужно было плюхаться за штурвал попрыгунчика после того, как мы крепко отметили мое возвращение в Эйр с Земной отработки. Вернее, не отметили, а сделали перерыв в банкете, когда убедились, что все, кроме воды из аквариума, выпито до последней капли. Я не придумал ничего умнее, чем податься за выпивкой в Бахнию, измерение весьма лояльное к любителям выпить. Это в Эйре ночью все, что крепче лимонада, стоит целое состояние, а в Бахнии в любое время суток вино дешевле воды. Кто ж знал, что расплачиваться придется по расценкам Таура? И промахнулся-то всего на пару секунд. А в результате не я испил бахского красного, а Таур – моей крови.

Они начали двигаться одновременно. И Арси, и Ронни, и Мирна. Взяли такой быстрый старт, что я даже потерял их из виду, хотя почти сразу пустился вдогонку. Пришлось прибавить ходу, чтоб угнаться за этими марафонцами.

Как Арси проскочил сквозь стену крепости, я видел, а вот куда делись Мирна с Ронни, осталось загадкой. Я прокрутился у тауровского замка почти до рассвета. Ни души. Хоть бы знать, где искать бывших хозяев, внутри или снаружи? Два варианта. Плюнуть на все, вернуться в пещеру и ждать, когда эти члены клуба любителей бега соблаговолят вернуться. Или дождаться рассвета, как следует осмотреться и, если потребуется, пробраться в крепость. А зачем? Что я, собственно говоря, там забыл? Мне четко было сказано, нам не по пути. Сматываться надо из Ваурии, раз уж представилась такая возможность. Только с плетуном на шее это сложновато будет сделать. Мне нужна помощь Мага или Волшебника.

Пока я предавался мыслям о будущем, стало совсем светло. В моем положении днем передвигаться противопоказано, так что придется здесь задержаться. Оно и к лучшему, вчерашние торги, блудные хозяева и пробежки меня изрядно вымотали. Глаза закрывались сами. Я забрался в придорожные заросли серебристой мхушки с четким намерением выспаться. Пришлось покрутиться, прежде чем нашел удобное положение: зловредная Мирна, будучи еще братцем Муни, так приласкала меня подаренной плетью, что спина до сих пор побаливала.

Когда я проснулся, солнце уже жарило вовсю. Судя по тому, что я неплохо выспался, было далеко за полдень. Я поковырялся в карманах, нашел огрызок сухаря и с удовольствием пообедал. Приятная тяжесть в желудке настроила меня на философский лад. Я задумался о силе обстоятельств. Двух-трех лет рабского существования вполне хватило на то, чтоб научить меня радоваться часу отдыха, куску черствого хлеба и почти полному отсутствию боли в спине. Если б мое нынешнее состояние настигло меня в Мерлин-Лэнде, я чувствовал бы себя голодным, несчастным и униженным, сейчас же я был вполне в порядке. Безграничны возможности организма, пара лет тренировки – и никаких проблем с действительностью.

Стоило только подумать об этом, как в ту же минуту действительность немедленно напомнила о себе громкими криками и топотом босых ног. Из крепости выбежала упряжка рабов, волокущая на себе колесницу с Арси. Я непроизвольно пригнулся в своем убежище и вдруг… в центре упряжки я увидел Ронни. Допрыгался. Ни минуты не сомневался, что неприятностей они добьются. Свист хлыста, советник определенно метит в Ронни. Так и есть, братец Гуни споткнулся, дернулся и втопил еще быстрее.