Споры и дискуссии развернулись на двое суток. Мирэ голосовала за Россию или Эстонию, пересекать моря она не хотела. Ноа считал, что удобней нырнуть в портал.
Они сидели в номере хостела «Важный олень», поставив глушилки. Из соседей — один путешественник, который благоухал грязными и мокрыми носками так, что свербило в носу, другая — женщина с огромным походным рюкзаком и бесцветным лицом альбиноса. На стойке регистрации их встретила дама с дряблым, обвисшим подбородком, которая молча взяла деньги, молча записала их в журнал и так же молча продолжила смотреть ток-шоу в телевизоре.
- Я хочу найти рунного доктора, целителя, шамана — да кого угодно вообще, - сказал Ноа, когда устал слушать про плюсы жизни под Санкт-Петербургом.
- Там куча деревень, - Мирэ не слышала. - Затеряемся среди местных.
- Ну да, мы-то затеряемся. В русских деревнях не говорят по-английски, Мирэ! Алло! Они обалдеют, когда мы явимся туда. Если и идти, то в город. Большой.
- Мы не можем идти в большой город, - сказала Мирэ.
- В деревню тоже. Английский в России не обязательный язык. Если в Европе еще можно приткнуться в угол без знания французского или немецкого, то с русскими такой фокус не пройдет. А мультилингво у нас сколько? Хватит на деревню, а?
И Ноа отстранился от Мирэ, снова залезая в магические журналы, газеты и прочие интернет-издания. Ему нужны были специалисты по рунам.
Он дочитал книгу по рунным целителям, которую начал в доме предателя Вилле. Выписал оттуда еще две руны. Обе касались здоровья, но не касались контроля магии. Ноа все равно одолжил на стойке информации ручку и нарисовал руны у себя на запястье, чтобы после перерисовать их в место понадежней.
- Я тогда буду искать нам новый дом, - сказала Мирэ, когда поняла, что Ноа не собирается с ней пререкаться.
- Было бы чудесно. Только учитывай особенности менталитета. Чем меньше магии мы используем, тем безопасней.
Мирэ кивнула и ушла на свою кровать.
А Ноа почувствовал острую необходимость выйти на улицу. Его руку жгло. Ноа хотелось встать и взвыть от несправедливости. И надо же, что проблемы с магией достались не кому-то, а именно ему! Другие жили, спокойно колдовали в рамках нормы, а он...
Выйдя из дверей хостела, Ноа оказался на тихой улице. Напротив хостела были видны витрины магазинов, парикмахерская, салон красоты. Ноа присел и зачерпнул горсть снега, чтобы остудить кожу. В очередной раз.
Магия обиженно укусила его особенно сильно. Ноа оглянулся на хостел, убеждаясь, что его не видно из окон, и осторожно стянул кольцо.
- Как ты меня достало, - тихо сказал он амулету.
Несправедливое обвинение, ведь кольцо помогало, как могло. Плохо, криво и косо, используя самого Ноа в качестве заземляющего материала, но помогало.
Ноа снова взял снег, на сей раз рукой без кольца. Он осмотрел свои пальцы: ожоги везде, кроме мизинца. Еще Ноа проверил руны на запястье и подумал, как же плохо, что нельзя позвонить хотя бы Джозефу Смиту, чтобы спросить у него, что делать. У Смита иногда проскальзывали неплохие идеи. Да и друзей он за свою жизнь нажил побольше, чем Ноа, которому не к кому было обратиться.
Ноа поплотнее застегнул куртку, надел кольцо на другой палец, привычно подвинул его выше, чтобы не свалилось, и уткнулся в смартфон. Ему нужны были объявления или чудо. Последнее даже в мире магии случалось крайне редко, да и случалось ли вообще?
Его отвлекли двое подростков, жестами попросив прикурить. Ноа оглянулся, помотал головой, говоря, что у него ничего нет, и подростки пошли дальше искать огонь у прохожих.
Ноа прошел вдоль улицы медленным шагом, вчитываясь в экран и дуя на замерзающие руки. Перчатки он не мог надеть, потому что тогда сенсор переставал реагировать. Мирэ, должно быть, оптимистично прогрызла бы дырку в перчатке, но Ноа не собирался портить подарок от Пакариненов.
«... И в молодости я увлекался особыми обрядами и рунной магией. Проводил ритуалы, знания о которых почерпнул в древних книжках...»
Это было уже кое-что. Ноа быстро нашел, что именно он читал. Интервью с неким целителем датировалось пятью годами ранее. Это не страшно. Ноа сохранил страницу, нашел имя мужчины в интернете. Целитель до сих пор жил, здравствовал и вел свой блог.
- Мирэ! - Ноа рванул к хостелу, вопя, хотя Мирэ была внутри, а не снаружи.
Она валялась на кровати, закинув ногу на ногу и качая носками, к которым прилипли крошки, в такт некоему внутреннему мотиву.