«На заборе не писать!»
«Собак не прикармливать!»
И прочее в этом же духе. Не хватало окончательной таблички с надписью «И будьте вы все прокляты!» для завершения образа.
Ноа покосился на дом, на забор и передумал смотреть на лицо Мирэ, которое, он был убежден, говорило больше всяких слов.
- Что ж, - он постарался, чтобы голос не звучал как у плохого комика. – Идем, что ли.
- Ага, шикарно, - согласилась Мирэ, поправила рюкзак на плечах и первой шагнула к дому.
Неких собак, которых нельзя было прикармливать, Ноа, как ни старался, не увидел. Он боялся, что им навстречу выбежит десяток блохастых чудовищ с оскалами из фильмов ужасов, но их не встретила неуверенным гавканьем даже единственная нервная болонка.
К двери до сих пор был приделан рождественский венок. На крыльце стоял самодельный Санта-Клаус, сваренный из проволоки. Санта был уродливым, самым уродливым из всех, что Ноа встречал.
Он постучал в дверь и получил ответ, где прятались собаки. Из дома раздался недружный лай и, спустя время, ворчливый голос недовольного жизнью деда:
- Кто тут приперся? Если вы со своим поганым печеньем, пошли вон! Я не покупаю печенье. И сковородки ваши не покупаю.
- Душевный человек, - вздохнула Мирэ.
Ноа снова постучал. На сей раз кулаком, чтобы продемонстрировать уверенность в действии.
- Пошли вон, идиоты! – снова заорали под аккомпанемент собак.
Ноа принялся методично бить в дверь и делал это ровно до того момента, пока дверь не дернулась, распахиваясь. На пороге вырос грузный, растрепанный человек в розовой пижаме и бордовом халате. На ногах у него были тапочки в цветочек.
Ноа, который едва не влетел в резко открывшуюся дверь, удержался лишь стараниями Мирэ, дернувшей его за куртку назад к себе.
Дед пасмурно уставился на пришельцев, и весь его хмурый облик никак не вязался с тапками в цветочек.
- Вы кто еще? – спросил он, но не сердито, а заинтересованно. – Магов я за версту чую.
- Что ж через дверь не почуяли? – спросила Мирэ.
- Мы к вам поговорить по поводу рун, - сказал Ноа быстро, пока Мирэ не ляпнула что-нибудь еще.
- Рун? Рун, ты говоришь? – дед усмехнулся в спутанную бороду. – Что малявки могут знать о рунах, позволь спросить, дорогуша?
- Вы в интервью говорили, что стали близки с рунами едва ли не пеленок, - заметила Мирэ.
Дед неодобрительно насупился. Чем-то он отдаленно напоминал мистера Смита.
- В каком таком интервью? – спросил Герман Холен.
Ноа кратко рассказал ему о том интервью, которое прочитал несколько дней назад в Финляндии. Герман насупился еще больше.
- А вам что за дело до рунной магии? Это чистая магия, детишки сейчас предпочитают что попроще, чтобы мозги не напрягать. Было бы что напрягать, ага.
Ноа молча показал деду кольцо. Тот сперва нерешительно, затем с интересом взял ладонь Ноа и стал рассматривать кольцо, начерченные на нем знаки. Не обделил он вниманием и ожоги.
- Я ношу амулет, чтобы моя магия не приносила никому проблем, - пояснил Ноа.
- Заходите, - коротко велел Герман и пропустил Ноа с Мирэ внутрь дома.
Встретила их радостная стая собак. Их у Германа было штук десять, и никого крупнее жирного мопса. Ноа облегченно усмехнулся. А он-то думал!
Мирэ уже успела умилиться двум щенкам, с трудом держащимся на лапах, плюшевым с виду.
- Какие лапочки! – пропела она.
- Ага, проходи давай, - бросил ей Герман и энергично протопал в гостиную.
В доме Германа Холена было уютно. Все выглядело мягким и теплым: диван с двумя пледами и четырьмя подушками, ковер под ногами, кресло-качалка с одеялом и открытой книгой. Ноа, оглядываясь по сторонам, прошел внутрь. Он заметил фотографии на полках, но ни следа присутствия другого человека. Как бы между прочим Ноа прошел около фото и увидел везде одного и того же молодого человека со светлыми курчавыми волосами. Видимо, это был сын. Фотографий жены Ноа не увидел.
- Садитесь, чего встали! – приказал Герман.
Он толкнул Ноа на диван и упал рядом, профессорским жестом надевая очки и снова хватая Ноа за руку, где было кольцо. Ноа на миг ощутил себя говорящей куклой, но покорно подождал, пока Герман осмотрит все, что хочет осмотреть и поймет все, что может понять. К Ноа на колени забрался щенок. Герман ничего не сказал, и Ноа не стал прогонять пса, свободной рукой почесывая его между ушами.
- Две защитные руны, - пробормотал Герман. - Еще одна... О! Какая интересная! Что она тут делает? Не думал, что ее можно применять вместе с защитными... И еще две я не знаю. Помогает вообще?
- А? – Ноа не понял.
- Помогает кольцо, говорю?
- Да, очень. Не всегда, но без него я ходить не рискую.
- А что, все плохо?
Ноа неопределенно пожал плечами. Открывать свои проблемы первому встречному он не желал и не видел в этом необходимости.