— Что же, мне уже пора сообщать о провале операции, — вздохнув, пожаловался наш уникальный гость, что не только уменьшил мои очень скромные запасы алкогольных напитков, так ещё и, в порыве пьяного угара, прочитал заинтересованным юнлингам лекцию на тему того, что все проблемы от денег в целом и муунов в частности. Мол, орбитальные удары по банкам это богоугодное дело.
Юнлинги прониклись. Оно, знаете ли, внушает, когда муун на полном серьезе убеждает вас в том, что планеты муунов надо сжигать до самой мантии, а прочих банкиров можно и просто расстреливать. В общем, вот до чего фамильные кредиты разумных существ доводят.
— Котей, ты успел обработать информацию о применении наших истребителей? — запив легкий сушняк чаем, вскрыл тубус с походным рационом. — А то я так заболтался с нашим гостем, что забыл, где нахожусь.
— Я заметил, — улыбнувшись в усы, ответил кот и уже своими силами включил голографический экран с графиками. — Даже мне, с пустыми базами по проектированию пустотной техники понятно, что наши машины слишком выделяются. Во-первых, ставка на ракетное вооружение. Во-вторых, безумная по местным меркам энергетика. Половина потерь противника это зависшие из-за наших маневров дроиды. Как я понял, они по кругу гоняли тест целостности ядра из-за чего не успевали отвернуть от планеты.
— Данные подменили?
— Просто сожгли все, что отвечало за авиацию.
— Чудно, — порадовался я героической работе помощника и связался с Йодой.
К сожалению и в этот раз зеленый магистр принялся катать по ушам на тему того что я им проблем подкинул (ощущение такое, что он меня в гибели Палпатина подозревает) и демобилизовать мою подругу никак нельзя, ибо кто разгребать то будет? В общем, расстроил он меня, отчего я не сразу понял, кто именно позвонил мне после моей беседы с Йодой.
— Мнэ… Это ещё что за явление отца Гамлета? — с сомнением спросил я у фигуры что была завернута в пафосный плащ, но зашедший в объем трансляции Винду расставил всё по своим местам.
— Господин канцлер, у вас ещё пятьдесят посетителей, а вы дурью маетесь, — вполне так по-простому, попенял джедай Шему, который и баловался реквизитом Палыча, точнее Сидиуса.
— Да ладно тебе, — скинув с себя пафосный плащ, Шем отмахнулся от натурально серого от усталости Винду. — Спокойней, браток, у нас сейчас перекур.
Что особенно забавно, Винду пробурчал что-то невнятное и в самом деле достал откуда-то из подсумка что-то смутно похожее на сигаретную пачку.
— Вот, учу светленьких правде жизни, — пошутил Шем, подмигнув мне и, проигнорировав тяжелый вздох джедая, перешел к делу: — В общем, поздравляю, теперь ты князь.
— На*уя?
— Ну, ты странный, — фыркнул Шем. — У окружающих, знаешь ли, вопросики есть, что это, мол, за хрен с горы, чьи истребители столь нагло испаряют мешающих пролету кристально честных пиратов.
— Блин, что, опять кого-то протаранили? — аж вздрогнул я.
— Во-от! — вскинув палец на уцелевшей руке клона, провозгласил Шем. — На гипертрассах надо ведь не только рядность соблюдать, но ещё и про статус окружающих не забывать. Бедные сенаторы от Ри’ила так обгадились от расправы над их карманными пиратами, что половина сената с носовыми фильтрами на заседания ходит, чтобы эту мерзость не чуять.
— Ты шутишь…
— Про половину, конечно же, шучу, но треть точно носит, я узнавал.
— Центральные же миры… — растерянно пробормотал я.
— Вот собственно, поэтому ты теперь и князь, — наставительным тоном объявил Шем и отобрал у Винду недокуренную сигарету. — И озаботься нанесением соответствующей символики на технику, а то выглядим как голодранцы какие-то, мне перед другими духами неудобно.
Поняв, что ситх сказал все, что хотел сказать и переключился на стёб, я поразмыслил и попросил:
— Тут такое дело… господин канцлер, не могли бы вы перевести адмирала Ю Ли в отпуск по уходу за ребенком?
— Что, уже? Поздравляю, — вскинулся ситх. — К вечеру по местному времени перешлю приказ.
— Спасибо, выручил.
— Да что там, соседи же, — хмыкнул клон канцлера и, отмахнувшись от начавшего возмущаться джедая, разорвал связь.
Убрав терминал связи в защитный пенал, покосился на голограмму кота, который сидел на столе и болтал лапами в воздухе, в ожидании когда я освобожусь.
— Боюсь, Юленька будет гневаться, — озвучил Котофей своё экспертное мнение.
— И это мягко сказано, — хмыкнул. — Но не я нарушил наш уговор трижды.