А ведь Олег приучал нас не поддаваться на такой фокус. В шутливой форме, но часто приучал, очень часто. Когда он затевал с кем-то из нас возню, шуточный поединок, то обычно в самый разгар его с озабоченным видом неожиданно задавал какой-нибудь вопрос, например: “А что это у тебя с ногой?!” Все мы знали про эти Олеговы фокусы, но всё равно очень часто на них попадались. Если доверчивый соперник опускал взгляд, чтобы посмотреть, “что у него с ногой”, или открывал рот, чтобы ответить, Олег тут же мгновенно с ним расправлялся, обозначал резкий “убойный” удар или выполнял бросок, болевой контроль. “Это нечестно!” – возмущённо вопил застигнутый врасплох пацан. “Зато – эффективно!” – довольным голосом неизменно отвечал наш тренер.
Да уж. Что эффективно – так это точно. Ведь Тайсон совершенно также захватил врасплох и тоже чуть было не “сделал” меня. Как Олег. Только, в отличие от Олега, “сделал” бы он меня не в шутку, а вполне по-настоящему.
Напор Тайсона ослабел. Да, не позавидуешь ему. Единственный свой шанс – застать меня врасплох и одной бешеной атакой закончить бой – он уже “стратил”, второго я ему не дам. Что он делать-то теперь будет?
Будто отвечая на мой немой вопрос, Тайсон пнул меня ногой в пах. Вернее – попытался пнуть. Да, ногами бить он вообще не умеет. Я легко сблокировал, продолжил удар, одновременно поворачивая бёдра, смещаясь чуть в сторону. И выдернул его ногу вверх.
Опорная нога Тайсона тоже вылетела в воздух, он всем весом тяжко грохнулся с высоты на локти, ударился о землю затылком. Да, падать он умеет ещё хуже, чем бить ногами. После такого падения другой бы ещё пару минут отлёживался, пережидая острую боль в отбитых локтях, шум в голове, восстанавливая сбитое дыхание. Но Тайсон поднялся сразу. Тяжело, но сразу.
Я даже почувствовал невольное уважение к нему. Всё-таки он – боец. Не такой уж грозный и умелый, как представлялось, но боец. Который не собирается сдаваться. Хотя наверняка уже понял, что “ловить” в этом бою ему нечего.
Уважение – уважением, но закончить бой как-то надо. Я ударил ногой сам, удар пришёлся в грудь и сшиб Тайсона на землю как спичечный коробок со стола. Сдавайся, думал я. Сдавайся, лежи, не спеши подниматься, и мне не придётся бить тебя тем страшным ударом, которым я вчера уложил Олега.
Но Тайсон не сдался. Опять поднялся, на этот раз – мучительно медленно, но поднялся. Я видел, что он уже не представляет из себя никакой опасности, и добивать его у меня просто не поднималась рука. Несмотря на свои страшные клятвы – не жалеть, я всё-таки пожалел его.
И расплата наступила очень быстро.
Немного отдышавшись, Тайсон вновь приблизился ко мне и опять ударил ногой. Так же неловко, как и в первый раз. И я так же, как и от его первого удара ногой, стал уходить влево, поворачивая бёдра, готовясь вновь подхватить его ногу. Забыв, что опытный боец два раза подряд на один и тот же приём не ловится…
Тайсон почему-то не закончил удар ногой, его ступня на пол пути отдёрнулась назад. Я ещё размышлял над тем, зачем он это сделал, а в голове моей взорвалась боль.
Я попался на ещё одну элементарную уловку, с которой тоже не раз знакомил нас Олег. С помощью угрозы одного удара “раскрыть” противника для нанесения второго, решающего. Вот и Тайсон “раскрыл” меня фальшивым ударом в пах. Мастерски раскрыл. И ударил по-настоящему. В голову.
Удар опять пришёлся в тот же, уже заплывший, левый глаз. И был он гораздо сильнее того первого удара. В тот раз Тайсон бил без замаха, резко, но легко, только для того, чтобы ошеломить, сделать беззащитным от последующих атак… А сейчас он сразу “вложился” от души. В голове у меня зашумело, я “поплыл”.
Всё куда-то отдалилось, сделалось не совсем реальным. Рёв зрителей, вспыхивающие в глазах искры, шум в голове, удары, почему-то совсем не болезненные, всё это происходило как будто не со мной. Я как будто со стороны наблюдал, как шатающийся, обливающийся кровью пацан пытается защищаться от безжалостного и умелого боксёра. Что-то у этого пацана получалось, видно было, что он тоже что-то умеет, но сейчас он был обречён. Долго ему не продержаться, ещё секунда – две, и он упадёт…
Мысль о том, что сейчас я упаду, как будто обожгла меня. Падать мне – нельзя. Иначе Сашка влезет, и его так измордуют, что… Падать – нельзя!..
С отчаянным, рвущим мышцы усилием, вкладывая всего себя, весь свой страх, гнев, обиду, решимость, я пошёл на иай учи. На настоящее иай учи. Шагнул вперёд, шагнул, уже не думая о защите, шагнул, чтобы умереть, но при этом убить. Сгрёб, подтянул Тайсона к себе хлёсткой оплеухой слева и почти одновременно “насадил” его на жёсткий встречный удар правым кулаком.