В какой-то момент щёлкнув пальцами, Кощей заставил своего воина свалиться на землю в образе груды костей, а сам сжав тот самый символ, что сплетал воедино из рун, кинулся на мрачника. Тать попытался спастись за волшбеным, огненным куполом, но тщетно. В руке Кощея появился меч, и брат со всей яростью обрушил на защиту град ударов. Через мгновение порвал нити и ворвался внутрь. Ещё через несколько ударов сердца голова колдуна лежала у Скомороха в ногах, а тело, замерев на миг, мешком повалилось вниз.
Медведь, расправившись со своим противником и задержавшись взглядом на брате, — а вдруг понадобиться помощь, мало ли что? — решил осмотреть Ворону, которая прижалась к нему вновь, пряча лицо в могучей груди Силы, что уже вернул себе облик человека. Она всхлипывала, размазывала сопли и слюни по его вонючей и мокрой рубахе, в которую он был одет, что-то пыталась сказать. Жаловалась. Но изо рта вырывались только звуки и буквы. Сила даже и не подумал, чтобы разобраться в том бормотании. Он и так чувствовал страх упырки.
Кощей сплюнул на землю, добил пузатого, который отползал прочь — раны его хоть и не затянулись, но кишки, которые вывалились из него, наросли вновь. Скоморох некоторое время смотрел со всем скептицизмом на который был в этот момент способен на то, как несчастный полз, потом закатил глаза, скрипнул от бешенства зубами и отрубил тому голову. Теперь пузан умер окончательно.
Сила окинул брата взглядом, осмотрел себя. Получалось вот что: они нарвались на разбойников, которые заманили их в ведьминскую ловушку — кстати ведьмака Сила убил, как только вырвался из воды в перевёрнутом виде — затем раздели их и бросили в воду, чтобы они захлебнулись. Ну и остались на дне навсегда, до тех пор, пока не сгнили бы. А там уже к ним пришла бы окончательная смерть. Повозку тати угнали. А в повозке деньги, одежда, одеяла… Еда.
Скоморох наколдовал тёплой воды, смыл с них болотную вонь, очистил от трупной склизи, а потом присел на корточки и принялся раздевать труп.
— Нас ограбили, — будто констатируя факт, сказал Кощей через несколько минут, после того, как облачился в рваный и окровавленный тулуп. Медведь себе ничего не смог найти, кроме сапог пятидесятого размера, что удивило, и накидки. Разбойники раздели их до нижнего белья, забрав всё, даже носки.
Полностью оделась Ворона, но ей к холоду было не привыкать. Несчастная упырка после того, как всё закончилось, продолжила блевать. До тех пор, пока оказалось нечем. Наглотавшись болотной жижи, даже после того, как их очистило колдовство Кощея, Ворона неустанно давилась рвотой, заливалась слезами и размазывала по щекам сопли. Медведь её понимал, самому до сих пор было тошно.
— Забрали всё. Суки. Усыпили и забрали. Ублюдки. Убью всех, — бубнил Кощей.
— Узнай, кто, откуда, куда и где, — сказал Медведь, указав на трупы. Только сейчас позволил себе мысль о том, что убивать их не стоило. Но он хорошо знал лиходеев: позволь им жить и они вернуться за твоей головой. И ещё напомнил себе: тати раздели их и бросили в болото умирать, медленно и мучительно. Так есть ли резон сейчас думать о том, что убийство бандитов было бессмыслицей?
— Холодно, — шмыгнул носом Кощей, кутаясь в тулуп. Его до сих пор окружала тепло-аура. Медведь никогда не устанет удивляться тому, насколько Скоморох теплолюбивое существо. — Сейчас согреюсь, — кивнул он, стоя в сапогах, в рваных штанах, что были ему явно большими, в тулупе и в трёх шапках.
Пока Кощей грелся, Сила оглядел территорию. Ну да, это тот самый парк, мимо которого они совсем недавно проезжали. Интересно, когда глава говорил об опасности, он имел в виду этих разбойников или что другое? В этот момент Медведю показалось, что побудь они здесь ещё немного и возле этого болота-озера соберутся все банды лиходеев. Вот ведь как получилось: ехал мимо, никого не трогал, нарвался на ублюдков. И ведь можно было сразу всё понять, да и чувствовал он, что скверным попахивает, нет, доверился. Как мальчишка угодил в капкан! Стыдно? Стыдно. Раньше с ним такого никогда бы не случилось. Вот что делает с солдатом спокойная, городская жизнь.
Стоп. А может не простые то были разбойники? Что если из-за упырки то? Сила глянул на девку. Нет. Если бы из-за Вороны, так давно бы уже кто-то перед ними объявился. Сегодня восьмое морозьня. Так ежели б так было, то и Ворону не стали бы убивать. А что если из-за упыря? Кто знает откуда он и куда летел? Напал-то на них ясное дело из-за крови, голодный был. А что если… Ну если от кого-то сбежал? Кстати, где этот засранец?!
А может их старые знакомые? В своё время что Медведь, что Кощей врагов нажили достаточно. Даже когда Игорь Воеватель расформировал свою личную дружину, в коей они состояли, и Сила с Кощеем отправились в мирскую жизнь, хаживали к ним противные личности, что мести искали. Но вот уже как лет пятьдесят ничего подобного не случалось?