Я много прочитал про историю двадцатого века. В основном это были какие-то секретные документы и рапорты военных. Читал про образование стран-материков. Как после падения метеорита был хаос, кто бы что не говорил. Оказывается, было много политических переворотов, многие страны были недовольны, было множество гражданских войск.
В отчетах я встречал имена своего дедушки, дяди Хенка, Финиана. Еще мне попалась на глаза засекреченная бумага от некой группы правительственных агентов. Лучших из лучших. У кого-то были свои имена, у кого-то — позывные. Всего было восемь человек. В этом списке из тех, кого я знал, был отец, учитель, Мила (опять это имя). Остальных я не знал. Запомнились два позывных — месяц и солнце. Странные позывные.
По вечерам, смотря свою статистику, я замечал, что мой интеллект растёт. На всякий случай, я сделал себе такую же силу, как у Чака. Хотя она пригодилась только тогда, когда я читал нудные отчеты и засекреченные документы.
Я закончил последнюю книгу как раз в финальный день обучения. Опять точный расчет учителя? Закрыв книгу, я устало выдохнул и откинулся на спинку стула.
— Поздравляю! — громко объявил знакомый голос. Откуда-то посыпались конфетти и шары, прямо как в цирке, — Ты прошел месяц адаптации у самого лучшего наставника в мире!
От неожиданности я чуть со стула не упал. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.
В комнату тут же ворвался Чак, но, увидев конфетти, извинился и вышел. Все шары разом лопнули, и, когда разноцветный туман рассеялся, посередине стоял учитель.
— Боже! Нельзя так делать! — заорал я, до сих пор не пришедший в себя от неожиданного появления.
— Молчать, — радостно сказал учитель, щелкнув меня по лбу, — Я пришел поздравить тебя. Теперь мальчик свободен!
— И что меня ждет дальше? — вставая с пола и отряхиваясь, спросил я, — Дальше танцевать под твою дудку?
Он удивленно задрал бровь и поднял руки к груди.
— Что ты! — успокоил меня учитель, — Когда я такое делал? — весело сказал он, — Теперь ты очень ценная единица в организации, и я попросил Артура, чтобы ты какое-то время поработал со мной. Конечно, если ты захочешь.
Я задумался, надо ли мне это? С одной стороны, это поможет мне стать еще сильнее и раскрыть секрет бесконечной силы учителя, но с другой стороны придется подчиняться его странным приказам. Никогда не знаешь, что ожидать от этого странного человека. Выбор был очевиден.
— Я согласен!
— Вот и славно, — улыбнулся он, пожимая мне руку, — Съезди домой, повидайся с мамой и сестрой. У нее должно закончиться обучение. Или адаптация… Да без разницы… Как появится что-нибудь интересное, я тебе сообщу.
А ведь, точно, за всеми этими книгами я совсем забыл про маму, сестру, Яна. Надо повидаться с сестрой и поехать наконец к маме.
— Учитель, ты снимешь ограничение? — я потряс браслетом у него перед носом.
Он взял мою руку галантно, будто мы сейчас пустимся в вальс, покрутил браслет, а затем отпустил.
— Неа, не сниму, — усмехнулся учитель, — Попробуй сам снять, теперь тебе это сделать гораздо проще.
Он и это просчитал. Да, у меня был план, как снять с браслета ограничения в уровне. Мне надо было встретиться с сестрой.
— Ладно, — спокойно согласился я, — Решу эту проблему сам.
— Вот и умничка, — он показал мне большой палец и затем указал на дверь, — Пошли, отсюда.
Проходя через огромные двери, я кивнул Чаку на прощание, он кивнул в ответ.
— Пока, Чак, — помахал ладошкой учитель и толкнул дверь одной рукой, как пушинку, — Никогда не нравились эти двери, — фыркнул он.
Мы поднялись ко мне в комнату, где учитель опять плюхнулся на мою кровать. Я достал сумку, и вещи стали сами залетать в нее по моему желанию.
— Твоя сестра только что приехала, — подсказал учитель, — Ждет на первом этаже.
«Натан, я приехала в центральный офис», — в подтверждение его слов, я услышал мысли Авроры.
— Оп, я ее опередил, — усмехнулся учитель, — Если снимешь мои чары с браслета, то я не смогу читать ваши мысли, так что действуй.
«Сейчас спущусь», — я ответил сестре и повернулся к учителю.
— Зачем ты пошел со мной в комнату? — спросил я его.
— Я только хотел сказать, чтобы ты не ждал меня слишком рано, — он наклонил голову и посмотрел снисходительно на меня, — Миссии будут интересные, я сам их выбираю, тебе понравится. Собственно это все, что я хотел сказать. Прощаться не будем, — и он очень медленно растворился в воздухе, как туман.