Все трое не имели достаточного опыта, чтобы воспользоваться ошибками противоположной стороны и завершить бой. Не малую роль имело и численное преимущество.
— И это всё⁈ Вас двое, а я один! Неужто вы просто мусор, коему место в желудках тех многоножек-переростков⁈ — воскликнул презрительно улыбающийся Эрато, разведя руки в стороны.
— Ах ты!..
Оба противника поддавшись провокации и эмоциям, ударившим в голову, одновременно рванули к обидчику. Тот не растерялся и горизонтальным ударом заблокировал оба клинка противников.
— Ха-ха-ха! Рррах!
Навалившись всем телом, он заставил щенков отступить. Но в этот раз Эрато атаковать сам уже не успел.
— Лим! Телекинезом его!
— Понял!
— Кх!
Оба сосредоточили все силы, от чего перерожденец замер на месте, пытаясь вырваться. Убедившись, что противник обездвижен, переглянувшись, Церус и Лим одновременно ударили мечами Эрато.
— Ааааааааа!
— Сдохни уёбок!
— Наконец-то!
— Аааааааха-ха-ха-ха-ха! — жутко засмеялся Зар-Кан, смотря на своих врагов. Даже кровь, текущая подобно слезам и электричество, жалящее тело, никак его не заботило.
— М-монстр! — пролепетал Лим, поджилки которого затряслись от подобного зрелища.
— Это просто техника! — крикнул Церус. — Прекрати пищать и ударь его ещё раз!
— Нет, теперь моя очередь! Хаааа!
Преодолев воздействие телекинеза, он собрал всё впитанное электричество и ударил кулаком в грудь Лима. Тот умер мгновенно. А вот Церус, успел молниеносным прыжком отскочить подальше от пытавшегося его схватить Эрато.
— Что это за дерьмо⁈
— Всего лишь тутаминис и круциторн, щегол! — ответил Зар-Кан, шагая на противника.
Церус закричал и воззвал к Тёмной стороне, как их учили, после чего выпустил в Эрато толчок Силы. Тот, покачнулся, как от сильного ветра, но устоял, медленно двигаясь к последнему живому врагу. Но с каждым мгновением перерожденцу становилось всё хуже и хуже. Тот пыл, с которым он до этого сражался изрядно вымотал и так уставший организм. К тому же пропущенные удары двух одноклассников не добавили здоровья. И теперь наступил откат.
Не дойдя до своего одноклассника всего лишь одного метра, Эрато упал на землю. Силы окончательно покинули его. А Церус же, торжествующе ухмыляясь, подошёл к противнику. Он победил.
Конец отступления.
— Хааах! Хаах! — громко дышал я, встав на правое колено и уперев меч в каменные плиты.
— Вот упёртый урод! — с усталым удовлетворением произнёс Церус, стоя надо мной. — Но теперь тебе всё равно конец! Не зря, я считал тебя слабаком! Даже с помощью этой техники ты ничего не смог сделать!
— Я смог, кха-кха, прибить двух твоих дружков, — возразил ему, пытаясь отдышаться. — И тебя почти… Кха!
Этот ублюдок пнул меня под дых, от чего я закашлял и упал на спину.
— Завались! Сколько же ты принёс мне проблем! Ну ничего, теперь я отомщу за всё! И эту тупую банту Айрис прибью! Ещё и получу награду за сокровища из этой гробницы! — ударился в мечты этот идиот. Ага, так тебе и дадут награду. А потом догонят и ещё дадут. — А теперь, пора бы на тебе опробовать уроки пыток!
— Уууугх!
Тело и разум пронзила боль, когда Церус ткнул меня своим мечом. К счастью, режим он выбрал не самый сильный, что в купе с круциторном, помогли частично вытерпеть пытку.
— Аааааааа!
— Ха-ха-ха! Как давно я этого ждал! — воскликнул мелкий урод, впитывая эманации боли и аж закрыв глаза от удовольствия.
— Ты… Ты вновь… Кое-что упустил… — прохрипел я, когда прекратил дёргаться.
— Да⁈ И что же⁈ — с издёвкой спросил он, готовясь продолжить пытки. — Больше тупые шавки тебя не спасут! Ааааргх!
— Они нет, а я да! — прошипела Айрис, с трудом стоя на ногах, но, не прекращая поджаривать своим клинком краснорожего щенка.
— Не у-убивай его, — попросил девочку, приподнявшись на локте. — У него важная информация.
— Да знаю я, — буркнула Каш, прекратив потчевать Церуса электричеством. — Слышала большую часть вашего разговора.
Кое-как сев в позу лотоса, спросил девочку:
— Ты как?
— Как будто меня пожевал терентатек и выплюнул, — ответила Айрис, смотря на еле шевелящегося ублюдка. И с некоторым беспокойством посмотрела на меня. — А ты?
— Хех, чувствую себя схожим образом. Ладно, присмотришь за нашим дорогим другом, пока я хоть чуть-чуть не подлечусь?