Он внес это право в указ о своем назначении и использовал его в основном для модернизации имперских войск, стараясь по возможности подготовить их для предстоящей решительной схватки.
Необъятные знания, полученные им на космической станции антов, и феноменальная память помогли Глебу в срочном порядке построить несколько заводов, производящих легкое стрелковое оружие и допотопную артиллерию. Более серьезная модернизация военной промышленности постоянно упиралась в оборванные технологические цепочки. В империи не осталось заводов по изготовлению пироксилина, а чтобы его наладить, нужно было сначала организовать производство азотной кислоты. Что, в свою очередь, требовало организации производства серной кислоты и разработки давно заброшенных рудников с калийной селитрой.
Пришлось ограничиться более простым в изготовлении черным порохом. А отсутствие качественной стали повлекло за собой неизбежные уступки в качестве артиллерийских орудий.
Но это было всего лишь полдела. Ему нужен был стратегический план предстоящей битвы. План, в котором будет заложена основа успеха, а вот его-то как раз и не было…
Схватки с темными пришельцами носили эпизодический характер. Сплошного фронта не было, и захваченная территория выделялась на картах довольно условно. Силы темных могли появиться в любом месте, нанести стремительный удар, уничтожить заставу, разгромить и разграбить город, а затем исчезнуть, не дожидаясь подхода регулярных войск.
Да и сама решающая битва казалась довольно условным понятием, поскольку никто не знал, удастся ли заставить главные силы неприятеля принять в ней участие.
Лишь одно обстоятельство не вызывало у Танаева сомнения — были два места на Земле, которые неприятель ни за что не согласится потерять. Поскольку их потеря означала бы для него полное поражение.
Разумеется, это были транспортные порталы, точно такие же, как те, что вели в нижний мир. Вполне возможно, что они составляли с ними единую систему внепространственных переходов, и тот, кто владел этими переходами, полностью владел военной ситуацией, поскольку мог заранее планировать свои операции и перебрасывать в нужный момент необходимые для этого силы.
Любой ценой эти порталы следовало уничтожить или, что еще предпочтительнее, захватить. Вот только Танаев не надеялся, что у него хватит сил для того, чтобы держать их под контролем длительное время, значит, их надо уничтожить.
Но для этого нужно было сначала прорваться сквозь хорошо укрепленные оборонительные линии врага, надежно прикрывающие все подходы к транспортным порталам.
Один такой портал располагался на Кавказе, в районе Домбая. Второй — у африканской горы Килиманджаро.
Танаев давно заметил, что межзвездные транспортные артерии почему-то тяготели к горам. Возможно, там силовые поля Земли концентрировались наиболее сильно. Для того чтобы раз и навсегда разрушить эти порталы, так, чтобы в будущем их восстановление стало невозможным, необходимо понять их природу. А она оставалась для него тайной за семью печатями. Просто потому, что теория строения вселенной, на которой основывалась теоретическая база мгновенного перемещения в пространстве материальных тел, настолько отличалась от суммы всех знаний, полученных земной наукой, что понимание этого процесса оказалось совершенно недоступным Танаеву. Вся мудрость цивилизации антов была для него открыта в то время, когда он находился на Элане. Но, к сожалению, тогда его интересовали совершенно другие знания, связанные с созданием искусственного человеческого организма, а перемещение во вселенной с помощью порталов воспринималось как нечто совершенно недоступное.
Самой большой проблемой новоявленного канцлера оставалось разношерстное имперское воинство, насчитывающее в своих так называемых регулярных частях лишь пару тысяч человек. В основном это были плохо подготовленные новобранцы, загнанные в рекруты насильно и мечтающие лишь о побеге.
Были, конечно, императорские гвардейцы, воины более чем серьезные и вооруженные лучше остальных, да только их насчитывалось всего две сотни, да и те без специального распоряжения императора с места не сдвинутся. Танаев, за свое короткое канцлерство, успел уяснить, что император, совершенно не интересующийся делами собственного государства, в некоторых вопросах был упрям как осел. И императорскую гвардию не без основания считал основой своей личной безопасности.
Конечно, если удастся объединить всю эту разношерстную свору с валамскими монахами, могла получиться неплохая армия, особенно если назначить монахов офицерами, а не советниками, как на этом настаивал император.