— Подождите секунду, — сказал он. — Прежде чем вызывать полицию, вы должны меня выслушать!
— Хорошо, — неожиданно легко согласилась девушка. — Я вас слушаю, но должна предупредить, я чувствую, когда мне лгут!
— Вашим сознанием завладело существо из другого мира, можете называть его как хотите — для простоты я назвал его демоном. Оно охотилось за мной и воспользовалось вами, вернее, вашим телом. — Глеб покраснел и почувствовал, что сбивается. — Так что здесь вы оказались не совсем случайно…
— И что произошло потом? — Она смотрела на него требовательно, не отводя глаз, и на какое-то время он еще больше смешался. — Ну, ну, говорите! Что произошло потом?
— Потом я выгнал демона, который похитил ваше тело, и вы заснули.
— И это все? Вы хотите, чтобы я поверила, что вы даже не попытались воспользоваться удобной ситуацией? — Она выразительно посмотрела на покрывало, под которым скрывались жалкие обрывки одежды.
— Да никто к вам не прикасался! — уже не скрывая раздражения, довольно грубо проговорил Танаев.
— Вы, наверно, великий волшебник, раз вам так просто удалось изгнать этого демона! — В ее голосе не было сарказма, только гнев.
— Я не волшебник. Но у меня есть вот эта вещь. — Он достал из-под рубашки крестик и показал ей издали.
— Дайте мне его! — потребовала девушка. Мгновение он колебался. Ее сознание только что было слито с сознанием Талы, и он не знал, как Леона отреагирует на шунгит, но, заметив на ее лице выражение возрастающего недоверия, Глеб молча протянул ей крестик. На какое-то мгновение их пальцы соприкоснулись. Рука девушки была прохладной, и от нее исходило ощущение спокойствия. Она взяла крестик и поднесла его к самым глазам, лишь теперь он понял, что Леона близорука и, видимо, из эстетических соображений не хочет носить очки.
Выражение ее лица изменилось, исчезли напряжение и недоверие, впервые легкая улыбка тронула губы девушки.
— Такой же крестик был у моего брата. Он говорил, что эти кристаллы обладают свойством отгонять от того, кто носит такой крестик, нечистую силу. Я не суеверна, но Андрей очень верил в свой крестик.
— С ним что-то случилось?
— Он погиб во время отступления имперской армии, крестик не помог. — Ее лицо вновь стало грустным. Танаев подумал, что получить этот крестик ее брат мог только у Валамских монахов. Возможно, Леона не была посвящена в дела своего брата или не хотела говорить о них малознакомому человеку. Во всяком случае, лед первых минут знакомства был сломлен, и о телефоне она больше не вспоминала.
— Мне нужно привести в порядок одежду, отвернитесь, пожалуйста!
Он выполнил ее просьбу, продолжая, однако, бросать короткие оценивающие взгляды в висевшее на стене зеркало, которое Леона не заметила или попросту проигнорировала. Это не было «подглядыванием» в том смысле, который вкладывает в него большинство мужчин, получивших возможность понаблюдать за обнаженной женщиной, в особенности если она красива, да к тому же малознакома. Сексуальная оценка возможного партнера заложена в каждом мужчине самой природой. Но отношение Танаева к женщинам было нетипично. Главная причина этого крылась, разумеется, в измененном балансе гормонов, который он заложил в свое тело при его конструировании.
Он не собирался подавлять в своем организме сексуальное влечение, но хотел сделать его более управляемым, чтобы не позволять случайным вспышкам этого чувства руководить его поступками в трудных ситуациях.
Сейчас был как раз такой случай. Наблюдая за тем, как Леона, сняв разорванную юбку, пытается отремонтировать ее подручными средствами, Глеб никак не мог избавиться от ощущения поцелуя, оставшегося на его губах до того, как он оттолкнул Талу. Ну, разумеется, это была не Леона, вот только губы были ее, и это ее грудь прижималась к нему в тот короткий миг, пока он не понял, что происходит.
Если бы не жесткий контроль, заложенный в его искусственно созданное тело, он бы сейчас, наплевав на все возможные последствия, повернулся и заключил эту прекрасную обнаженную женщину в свои объятия. Но Глеб не сделал этого и не знал, следует ли ему радоваться или огорчаться по поводу собственной выдержки.
Наконец она, закончив «ремонтные» работы и кое-как приведя в порядок свою одежду, позволила ему повернуться.
— Мне необходимо как можно быстрее вернуться домой, пока охрана моего отца не подняла тревогу. Вы говорили, что видели мою машину?
— Да, она была в паре кварталов отсюда. Вот только ее могла забрать полиция, которая гонялась за мной по всему городу.